Capítulos de La vida imaginaria 1 / 2 / 3 / 4 / 5 / 6 / 7 / 8 / 9 / 10 / 11 / 12 / 13 / 14 / 15 / 16 / 17 / 18 / 19 / 20 / 21 / 22 / 23 / 24 / II-1/ II-2 / II-3 / II-4 / II-5 / II-6 / II-7 / II-8 / II-9 / II-10 / II-11/ II-12 / III-1 / III-2 / III-3III-4 / III-5III-6III-7III-8III-9III-10III-11III-12III-13III-14III-15 /III-16 /III-17 /III-18 /III-19 / III-20

Mara Torres - La vida imaginaria - II - 10

la-vida-imaginaria-finalista-premio-planetaКнига-финалист литературного конкурса Планета-2012.

 

Parte 2. 

10. Irme

Часть 2. 

10. Я улетаю

Me voy. A Buenos Aires, por ejemplo. Lo primero que tengo que hacer es poner mi casa en alquiler; lo
segundo, hablar con el novio, ex novio, rollo, ex rollo o lo que sea el argentino de Rita para que me busque
un amigo que pueda adoptarme durante un tiempo en su casa; lo tercero, hablar con mi jefe, que como se
sentirá culpable por haberme despedido y tiene contactos con agencias en la capital me encontrará un hueco
en alguna. Si no lo consigue, que me busque curro en un bar y me pongo a servir copas.
El bar está lleno de argentinos y están todos buenísimos; un poco pesados, pero buenísimos. La música
suena a todo trapo y yo estoy detrás de la barra, con minifalda y el pelo rapado, que se liga mogollón. La
gente se pone en fila para pedirme un fernet con coca-cola y yo les cobro de menos aposta, porque quiero
caer bien y porque el amigo de Donato, el dueño del bar, es también español y me ha dado barra libre si
quiero invitar, porque los dos sabemos que cuando más dinero se gasta la gente es cuando más borracha está.
Llega la hora de cerrar, son las seis de la mañana, salgo del garito y unos amigos están esperándome en la
puerta con un todo terreno destartalado y descapotable para llevarme a Tigre, donde tenemos una lanchita
que nos acerca hasta la casa de Martín, que tiene el pelo hasta la cintura y pronuncia mi nombre entero y a lo
largo (¡Fortunaaaaataaaaa!) porque le hace mucha gracia que me llame como la protagonista de Galdós.
Dice que eso sí que es echarle un órdago a la vida. Yo le digo que mis padres lo hicieron para compensar el
apellido Fortuna y, justo después de decirlo, pienso que esa frase: «Mis padres lo hicieron para compensar el
apellido Fortuna» es la que más veces he repetido en toda mi vida. Sonrío, le doy un abrazo y me siento
bien. Huele a porro. Alguien habla de nosopoclgunapedido ytros. De los españoles.
- ¿Qué les pasó a los españoles? La que está cayendo y están como dormidos…
- Bueno -respondo al tiempo que doy una calada-, yo no lo veo así… De dormidos nada. De todas formas,
yo revisaría los canales de televisión que os llegan de España, no vaya a ser que vuestra presidenta se los
haya quedado.
- Sí, tenés razón… qué viva que es… -dice Martín como hablando para sí-. Le gusta quedarse con todo lo
que pilla…
Es lo que mola de discutir fumando canutos, que nadie se siente molesto por nada. Levantamos la copa y
brindamos por la hermandad en plan épico. La música suena en el equipo que hay en la terraza-embarcadero
y nos levantamos para bailar hasta el amanecer sin que yo tenga que meterme la mano en el bolsillo como
cuando no sabía. De pronto me doy cuenta de que llevo más de cinco horas sin hacerle caso al móvil y voy a
buscarlo al bolso. Lo enciendo y tengo tres mensajes de un tío con el que me enrollé hace dos días, un actor
de moda en Argentina que no puede entender por qué carajo paso de él. En vez de contestar, apago el
teléfono, lo meto otra vez en el bolso y vuelvo a la terraza-embarcadero. Martín cocina unas pizzas en un
hornillo que nos comemos acompañadas de unas cervezas bien frías. Se va abriendo el cielo del nuevo día y
está azul, no gris.
Después de comer me acercan a casa y me meto en la cama de una habitación de un piso superchulo que he
conseguido alquilar porque el argentino de Rita pasó de mí y al final tuve que encontrarlo en Internet, y es
mucho mejor de lo que nunca habría podido imaginar. Cuando me despierto de la siesta son las siete de la
tarde, voy a la cocina y, al abrir la nevera, hay tantas cosas que no sé cuál elegir. Me decido por las natillas y
me voy al living, porque tengo living. Pongo por decimonovena vez El lado oscuro del corazón y, cuando
arranca la peli, voy hablando a la vez que Darío Grandinetti mientras recita el poema de Oliverio Girondo:
«No sé…Me importa un pito que las mujeres tengan los senos como magnolias o como pasas de higo; un
cutis de durazno o de papel de lija. Le doy una importancia igual a cero al hecho de que amanezcan con un
aliento afrodisíaco o con un aliento insecticida. Soy perfectamente capaz de soportarles una nariz que sacaría
el primer premio en una exposición de zanahorias; ¡pero eso sí! -y en eso soy irreductible- no les perdono,
bajo ningún pretexto, que no sepan volar. Si no saben volar, pierden el tiempo conmigo.»
Mañana es viernes y la vida en Buenos Aires me parece maravillosa.

Я улетаю. В Буэнос-Айрес, например. Наипервейшее, что я должна сделать, это сдать квартиру. Во-вторых должна поговорить с Ритиным парнем, бывшим парнем, с ее мучителем, экс-мучителем или, кем там был для нее этот аргентинец. Поговорить о том, чтобы он нашел друга, который мог бы приютить меня на какое-то время в своем доме. И в третьих, я должна поговорить с шефом, который, вполне вероятно, будет чувствовать себя виноватым за мое увольнение, а поскольку у него есть связи с агентствами в столице Аргентины, возможно, он подыщет мне свободное местечко в каком-нибудь из них. А если это ему не удастся, что ж, я найду себе работу в баре и начну подавать бокалы.
Бар, полный аргентинцев, и все они очень славные, немножко назойливые, но очень-очень славные. Музыка играет на полную катушку, и я за стойкой бара в мини-юбке с подстриженными и по-дурацки перетянутыми волосами. Люди выстраиваются в очередь, чтобы заказать фернет с кока-колой, а я нарочно беру с них меньше денег, потому что хочу им понравиться, и потому что друг Донато, владелец бара, тоже испанец, дал мне право по желанию угощать кого-нибудь за счет заведения. Ведь мы оба понимаем – чем пьянее люди, тем больше денег они тратят.
Уже шесть утра, время закрываться. Я выхожу из кабака, и несколько друзей поджидают меня у дверей со своим несуразным кабриолетом, чтобы отвезти в Тигре. Там у нас есть катерок. Он-то и довозит нас до самого дома Мартина – парня с длинными до пояса волосами, произносящего мое полное имя очень тягуче (Фортуна-а-ата-а-а), поскольку ему очень нравится, что меня зовут, как главную героиню повести Бенито Переса Гальдоса “Фортуната и Хасинта”. Мартин уверен, что это принесет ему удачу в жизни. А я сказала, что родители так сделали, чтобы компенсировать фамилию Фортуна. И сразу после этого мне подумалось, что фразу «родители так сделали, чтобы компенсировать фамилию Фортуна» я повторяю чаще всего в жизни. Я улыбнулась, обняла его и почувствовала себя очень хорошо. Запахло сигаретами. Кто-то сказал, что забили испанцам.
- Что произошло с испанцами? Тут такое навалилось, а они, словно сонные...
- Ладно, – набросилась я на него в ответ, – ничего подобного... Никакие не сонные. Во всяком случае, я посмотрела бы испанские каналы, идущие по вашему телевидению, может, ваш президент оставила их себе?
- Да, ты права... дай бог ей здоровья... – говорит Мартин, словно беседуя с самим собой. – Ей нравится сохранять за собой все, что заполучила...
Как же классно обсуждать все, покуривая травку, ни о чем не беспокоясь. Мы поднимаем бокалы, произнеся тост и чокнувшись за всеобщее братство и дружбу народов. На причале звучит магнитофонная музыка, и мы встаем, чтобы танцевать до рассвета. Теперь я знаю, как танцевать, и мне не приходится засовывать руку в карман, как раньше.
Я вдруг отчетливо поняла, что уже больше пяти часов не брала в руки мобильник, и принялась искать его в сумке. Включаю. Мне пришло три сообщения от парня, с которым я болтала пару дней назад, популярного аргентинского актера, который не может понять, почему, черт возьми, я убегаю от него. Вместо того, чтобы ему ответить, я выключаю телефон, снова кладу его в сумку и возвращаюсь на причал. Мартин готовит на плите пиццу, и мы едим ее под холодное пивко. Вот-вот небо распахнется навстречу новому дню, оно уже не серое, а синее-синее.
Когда мы подкрепились, ребята проводили меня домой. Я улеглась на кровать в шикарнейшей квартире, которую мне удалось снять с превеликим трудом, потому что Ритин аргентинец от меня сбежал, но, в конце концов, мне удалось найти квартиру по интернету. Квартира оказалась гораздо лучше той, которую я могла бы когда-либо себе представить.
В шесть вечера, пробудившись от послеполуденного сна, я пошла на кухню и открыла холодильник. В нем столько всякой всячины, что я даже не знаю, что выбрать. Я следую определенному образу жизни, но все же решилась на заварной крем. Я в девятнадцатый раз включаю «Темную сторону души», и когда начинается фильмец, я одновременно с Дарио Грандинетти читаю наизусть стихотворение Оливерио Хирондо: “ Мне вовсе неважно, какая у женщины грудь, подобна ли магнолиям она, или инжир иссохший, и кожа, нежная, как персик, или шершава, как наждак. И равно, как нулю, не придаю значения я их рассветному дыханию, возбуждает ли оно, или отравляет. Все это я могу перенести, нос, получивший самый первый приз на выставке моркови. Мне важно лишь одно, и в том я непреклонен – ни под каким предлогом не прощаю женщин, не умеющих летать. Те из них, что летать не умеют, лишь теряют время зря со мной.”
Завтра – пятница, и жизнь в Буэнос-Айресе кажется мне расчудесной.

rollo (fam. persona o cosa que resulta pesada o desagradable) – человек, доставляющий неприятности, мучитель
a todo trapo – вдоволь, вволю
фернет – горький травяной ликер (настоянные на спирту травы: шафран, ромашка, кардамон, ревень, алоэ и др.) крепостью до 45% , очень популярен в Аргентине. Многие аргентинцы добавляют его в кока-колу.
barra libre (consumición gratis de bebidas en un local) – выпивка за счет заведения
todoterreno – обобщенное название любого мощного и быстроходного транспортного средства
Tigre(Тигре) – город в Бразилии
echar un órdago (apostar todo lo que me queda) – поставить все, что есть на кон
dar una calada – задать взбучку, трепку
peli (fam. película cinematográfica) – фильмец
Darío Grandinetti – Дарио Грандинетти, аргентинский актер
Oliverio Girondo (Оливерио Хирондо) – аргентинский поэт, в тексте приведен отрывок из стихотворения Espantapájaros (“Чучело”)

Capítulos de La vida imaginaria 1 / 2 / 3 / 4 / 5 / 6 / 7 / 8 / 9 / 10 / 11 / 12 / 13 / 14 / 15 / 16 / 17 / 18 / 19 / 20 / 21 / 22 / 23 / 24 / II-1/ II-2 / II-3 / II-4 / II-5 / II-6 / II-7 / II-8 / II-9 / II-10 / II-11/ II-12 / III-1 / III-2 / III-3III-4 / III-5III-6III-7III-8III-9III-10III-11III-12III-13III-14III-15 /III-16 /III-17 /III-18 /III-19 / III-20