Nieves Hidalgo - Angel Negro 26

Ньевес Идальго - Черный Ангел. Глава. 26

Kelly se tambaleó. Lo que tanto temía, se confirmaba. Sabía lo que aquello significaba y un
acceso de rabia se apoderó de ella. Saltó hacia la cama, cogió el sable antes de que él pudiera
impedirlo y, como una fiera acorralada, blandió el arma y retrocedió guardando las distancias.
– ¡Antes te arranco el corazón, español!
Miguel se levantó despacio. Sabía que podía reducirla, pero ella estaba fuera de sí y siempre
cabía la posibilidad de recibir un tajo. Estaba muy asustada y, por tanto, era muy vulnerable. Se la
veía tan desesperada como para intentar cualquier locura. Dio un paso adelante, pero Kelly no se
movió.
– Suelta eso.
– Si te acercas, te lo clavo en las costillas -amenazó ella-. Te juro que sé utilizarlo.
– ¡No seas estúpida! Déjalo caer y me olvidaré de lo que has hecho.
– Ven por él si te atreves.
Miguel se encogió de hombros, se pasó la mano por el mentón que ya cubría una incipiente
barba y se miró las manos… Kelly se distrajo con ellas, recordando su tacto, las sensaciones que
levantaron en su pecho cuando la acariciaron. Fue solamente un instante, pero suficiente.
Como un felino, Miguel se lanzó hacia ella, que adelantó el arma. Él ladeó el cuerpo librándose
por milímetros del roce de su filo y un segundo después la desarmaba y la aprisionaba entre sus
brazos.
Lejos de rendirse, Kelly se defendió como pudo: a patadas. Pero él incrementó la presión hasta
inmovilizarla por completo. Ella soltó el aire como si desfalleciera y Miguel se engañó creyendo que
la tenía controlada. Pero la joven no estaba dispuesta a rendirse sin lucha y su puño, pequeño pero
enardecido por la rabia que la embargaba, salió disparado y se clavó en el estómago de él, que
boqueó momentáneamente.
Un tiempo precioso que Kelly no desaprovechó. Volvió a lanzar el puño y consiguió alcanzarlo
de nuevo, esa vez en la barbilla, en un impacto que le dolió más a ella que a él. Luego se lanzó en
picado hacia el sable y sus dedos se cerraron sobre la empuñadura. Cuando Miguel pudo recuperarse
de la sorpresa, Kelly ya se encontraba al otro lado del camarote, y sujetaba de nuevo el arma con las
dos manos.
En los ojos de él ya no había diversión, pero guardó las distancias. Era una zorrita peligrosa y
no iba a bajar la guardia.
Ella estaba convencida de que, si la atrapaba, la mataría.
Pero lo prefería.
Era mejor morir a soportar la humillación de ser forzada por aquel engendro del diablo.
Él avanzó y Kelly alzó más el sable, que pesaba como plomo.
– ¡No te acerques, Miguel!
– Deja eso.
– ¡Te digo que no te acerques!
– Estás perdiendo el tiempo.
– Y es posible que el tuyo esté a punto de acabar.
– Preciosa, empiezo a enfadarme de verdad -dijo él, pero se frenó prudentemente.
A Kelly, el peso del sable se le hacía insoportable. Nunca había manejado una arma tan
aparatosa, pero tampoco podía resultar tan complicado dar un tajo con ella. Sólo tenía que…
Miguel no le dio tiempo a pensar. Al verlo abalanzarse, Kelly se defendió como pudo, subió el
arma y el filo alcanzó el pecho de él, que, lejos de retroceder, la desarmó propinándole un golpe con
el antebrazo. Ella se encontró indefensa ante su cólera y no pudo evitar el empujón que le dio.
Desestabilizada, chocó contra el borde de la cama golpeándose la cadera.
Miguel asestó entonces una patada al sable y el acero resbaló hasta quedar oculto debajo del
lecho. Se miró el corte superficial, que ahora lucía el rojo rubí de la sangre, y después sus ojos se
clavaron en ella.
– ¡Timmy!
La cabeza del grumete asomó por la puerta casi de inmediato. El muchacho se fijó en el acto en
el corte que su capitán tenía en el pecho.
– Busca unas cadenas.
Timmy tardó en reaccionar.
– ¿Cómo dice, señor?
– ¡¿Estás sordo?! -bramó Miguel-. ¡Trae unas cadenas!
El chico desapareció y él volvió a centrar toda su atención en su prisionera. Kelly permanecía
donde había caído, pálida, apretándose el costado. Miguel soltó una imprecación, tomó una botella de
ron y se vertió una buena cantidad sobre la herida, después de enjugó la sangre con lo primero que
encontró. Hervía de furia por haberse dejado sorprender por aquella joven que parecía tan frágil
pero que, al menor descuido, podía convertirse en una arpía peligrosa.
– ¿Qué ha pasado?
Armand Briset entró con una cadena al hombro y se quedó parado ante la escena. Luego, sus
labios se ensancharon en una alegre sonrisa.
– ¿Necesita mi ayuda, capitán? -Era una broma que Miguel no acogió bien.
– Me basto y me sobro para hacerme cargo de ella. Dame eso. -Se acercó a Kelly, que seguía sin
moverse. Le rodeó la muñeca derecha con un grillete y pasó la cadena por una de las columnas,
atrapándole después la otra muñeca. Ella no hizo nada por oponerse. Era del todo inútil resistirse.
Tras Miguel, irónicamente firme, Briset no perdía detalle.
– Parece que no confía en ella.
– No lo hago.
– Yo le daría un par de consejos para cortarle las uñas a una gata como ésta, capitán.
Miguel se fijó entonces en su contramaestre, que lucía un ojo tumefacto que tenía pinta de
convertirse en un moratón oscuro.
– ¿Qué te ha pasado?
Donde las dan, las toman…, así que Briset se limitó a carraspear.
– Digamos que en el barco hay más de una gata -dijo luego.
– ¿Y eras tú el que quería darme lecciones?
El hombre abandonó el camarote con la pregunta risueña de su capitán, y Kelly felicitó
mentalmente a Lidia. Pero su optimismo desapareció en seguida. Debía pensar en sí misma. «Y ahora
¿qué?», se preguntó. ¿La golpearía? ¿De qué modo pensaba vengarse Miguel?
Por toda respuesta, él apagó las lámparas y se tumbó en el lecho. Muy poco después, para
asombro de ella, se quedó profundamente dormido.
Kelly se despertó con los huesos molidos, no estaba acostumbrada a dormir en el suelo. Con
cierto recelo, echó un vistazo a la cama temiendo encontrarse con Miguel, pero estaba vacía.
Por el balcón penetraba una luz que se fragmentaba en un arco iris que teñía el recinto de
colores. Tanta luminosidad le hizo pensar que debía de ser casi mediodía, así que se desperezó,
masajeándose los riñones. Se levantó y el sonido de la cadena la hizo volver a la realidad. Tiró de
ella con rabia, pero sólo consiguió lacerarse las muñecas con los grilletes, de modo que trató de
acomodarse en el borde del lecho, pero la cadena era demasiado corta y tuvo que conformarse con
cambiar de postura.
Como si Miguel hubiera adivinado que ya estaba despierta, entró en el camarote. Tenía el gesto
huraño y Kelly se tensó cuando se le acercó, pero él se limitó a liberarla.
– ¡Timmy!
El chico entró portando una bandeja con comida, una botella de vino y agua. Depositó su carga y
desapareció.
– Supongo que tendrás hambre.
A Kelly le gruñía el estómago. Estaba famélica, pero no le daría el gusto de probar su comida.
– Puedes ahorrarte el gasto.
– Si quieres morirte de hambre…
El olor de la comida le hizo la boca agua y tenía una sed espantosa. Aun así, trató de mantenerse
firme.
– No me gustaría que te quedaras como un hueso de pollo, gatita -se burló él-, porque entonces
ya no me atraerías.
– ¡Qué lástima! -ironizó ella.
– Bueno, no voy a obligarte a comer. Pero por si te interesa saberlo, mi tripulación no le hace
ascos a nada, siempre que lleve faldas. Y no sabes cómo me agradecerían que les dejara el camino
libre.
Era una insinuación maliciosa, pero captó toda la atención de Kelly. Si pensaba que iba a
amedrentarla con tamaña mentira… ¿Lo era? ¿Sólo se trataba de una bravata? Se negaba a creer que
hubiera caído tan bajo como para entregarla a sus secuaces. El color le desapareció de la cara sólo de
pensarlo. Carraspeó para aclararse la voz, pero antes de que pudiera decir nada, Miguel abandonó el
camarote.
Una vez a solas, miró la comida, lo pensó mejor y se dijo que tentar a la suerte no demostraba
inteligencia. Pero antes tenía que armarse de nuevo. Se aproximó a la mesa por si hubiera un cuchillo.
No había ninguno. Aunque su estómago continuaba recordándole que no se había alimentado desde
hacía horas, empezó a registrar el camarote. Algo encontraría con lo que hacer frente a Miguel en
cuanto éste asomara por la puerta. Revisó el arcón donde él guardaba sus ropas, el armario, miró
debajo de la cama… Nada. No encontró nada con lo que pudiera defenderse.
Finalmente, se sentó a la mesa y dio un respingo cuando la puerta volvió a abrirse. Soltó un
grito de alegría al ver a Lidia y corrió hacia ella. Se abrazaron y Kelly rompió a llorar, vencida por
el cansancio y la tensión.
– ¿Estás bien? ¿Y Virginia? -preguntó entre sollozos-. ¿Sabes algo de Amanda?
– Vamos, vamos, cálmese. -Lidia la obligó a sentarse y le acarició el cabello, chistándole-. Yo no
he sufrido daño, m’zelle, y la señora Clery está en las cocinas. De su amiga no sé nada, salvo que ese
pirata rubio se la llevó al otro barco. ¿Y usted? ¿Qué pasó?
Ella cesó en su llanto y en sus ojos apareció una chispa de rebeldía.
– Me ha tenido encadenada a su cama toda la noche. Pero no me ha tocado.
La mulata no disimuló un suspiro de alivio.
– Cuando vi que la atrapaba, m’zelle, creí que ese hombre la degollaría. Impone respeto.
– Tú no llegaste a conocerle, pero era un esclavo de «Promise». Un hombre al que mi tío
compró. Hubiese preferido que me matara, Lidia, porque tiene motivos sobrados para vengarse, y se
me hiela la sangre al pensar en lo que debe de tenerme reservado.
– Pero mientras esté con vida, hay esperanza, señorita.
– Sí, la esperanza de pertenecer a un demonio -musitó Kelly, acercándose al balcón, que
continuaba cerrado-. ¿Sabes hacia qué rumbo navegamos?
– Vamos hacia La Martinica, creo. Al menos, eso me dijo el hombre al que ahora pertenezco.
– ¿Briset?
– No sé cómo se llama, m’zelle.
– Es el contramaestre de Miguel.
Lidia frunció el cejo. Y recordó el episodio del que se habló durante días en la hacienda.
– ¿Miguel? ¿Es el hombre al que su primo casi mató?
– El mismo. Y creo que querrá vengarse en mí por todo lo que sucedió en «Promise».
La mulata se retorció las manos y bajó la cabeza. Si todo lo que oyó contar era cierto, aquel
español tenía muchos motivos para resarcirse con Kelly.
– Yo no temo por mí, señorita. No soy más que una esclava que ha cambiado de dueño.
– Lidia, eres libre desde que embarcamos en el Spirit of sea.
– Pero los papeles se quedaron en ese barco.
– Da igual que los hubieran quemado. Ya no perteneces a nadie.
– Pertenezco al contramaestre -respondió ella-. No me preocupa demasiado, pero usted…
– Yo soy la sobrina del hombre que lo encadenó y la prima del que mató a su hermano y lo
humilló bajo su látigo. Sí, ya lo sé. No es muy buena carta de presentación para un ser carcomido por
el odio.
Lidia no contestó, pero para Kelly su silencio fue muy elocuente. Ella podría ser muy bien con
quien se cobrara la ruindad y el salvajismo de Edgar. Se paseó por el camarote sin saber qué hacer o
cómo evitarlo.
– Acabaré por matarlo.
– Aunque pudiera, cosa que dudo mucho, señorita, ¿qué ganaría? Los individuos de ahí fuera
son unos aventureros que no dudarían en aprovecharse de nosotras y después echarnos al mar. Si ese
español es su capitán, parece que sabe mantenerlos a raya. Le conviene estar bajo su protección,
m’zelle.
– ¿Protegerme de esos desharrapados? Sí, no me cabe duda de que le temen, pero ¿quién me
protegerá de él?
Lidia esbozó una media sonrisa.
– He oído decir que lo atacó y que tiene un buen corte para demostrarlo.
– ¿Briset te lo contó?
– Cuando regresó no paraba de reírse -asintió-. Decía que usted lo había marcado como a una
res.
– Y tú, ¿qué me dices de su ojo morado?
Como dos camaradas, se entendieron con la mirada y prorrumpieron en carcajadas.
Así las encontró Miguel cuando regresó.
Se quedó parado, escuchando. Extasiado. Se había marchado dejando a una víbora y ahora
encontraba a una mujer deliciosa que parecía intercambiar confidencias con la otra con la mayor
naturalidad.
Fue como si ella adivinara su presencia y la diversión se evaporó.
– Briset te reclama, muchacha -le dijo él a la mulata.
Lidia abrazó a su señora y le habló muy bajito.
– No le irrite, m’zelle. Por favor. -Antes de salir se atrevió a mirar a Miguel-. Capitán, ¿puedo
hablar un segundo con usted?
Él enarcó una ceja, le cedió galantemente el paso y cerró la puerta a sus espaldas.
– Capitán… No le haga daño a la señorita.
Miguel se irguió como si lo hubiesen abofeteado.
– Tu señora sabe muy bien cuidarse sola -gruñó.
– Briset me lo comentó, sí, señor. Pero debe tener en cuenta lo asustada que estaba.
– Lo disimuló perfectamente.
– Usted no debería culparla por lo que pasó en «Promise» -insistió Lidia-. Ella…
– ¡Ya es suficiente, muchacha! -la interrumpió-. Regresa a tu camarote. Y espero no volver a
verte hasta que pisemos tierra.
Lidia se alejó. Poco más podía hacer.
Miguel maldijo entre dientes. ¡No maltratar a aquella pécora! ¿Acaso podía tratarla como a una
invitada? ¿Cómo tenía que comportarse con un miembro de la plantación? ¿Cómo hacerlo con
alguien cuya familia había matado a su hermano y casi le arranca a él la carne de la espalda? Kelly
llevaba en sus venas la podrida sangre de los Colbert. Fiarse de ella sería poco menos que un
suicidio. La noche anterior lo intentó y ¿qué había conseguido? Que casi lo atravesara con su propio
sable. En adelante, la trataría como lo que era: su esclava.
Cuando entró, su humor se había agriado notablemente. Y lo primero que vio fue que Kelly no
había probado la comida. Hasta en eso lo hostigaba. La cogió de un brazo y la pegó a él. Sus dedos le
irguieron la barbilla, obligándola a mirarlo de frente.
– ¿Tú crees que la posibilidad de entregarte a mis hombres es una broma?
A Kelly le flaquearon las piernas.
– No… -Una lucecita en su cerebro la advertía de la inconveniencia de zaherirlo más, así que
bajó los ojos en actitud sumisa-. La inesperada visita de Lidia me ha entretenido.
– Entonces, ¡come ahora! -La hizo sentarse y empujó la bandeja hacia ella-. Y no temas
envenenarte, la comida la ha cocinado esa vieja bruja irlandesa que no para de renegar.
De modo que era cierto: Amanda estaba haciendo las veces de cocinera para aquella pandilla de
desalmados. Empezó a comer con apetito, un poco más tranquila.
Келли колебалась. То, чего она боялась, подтвердилось. Девушка понимала, что это означало, и внезапно в ней вспыхнул гнев. Она подскочила к кровати и схватила саблю, прежде чем Мигель успел помешать ей. Келли, как загнанный зверь, пятилась назад, держа дистанцию и размахивая саблей.
- Прежде я вырву у тебя сердце, испанец!
Мигель медленно поднялся. Он знал, что мог бы справиться с Келли, но девушка была вне себя, и могла его поранить. Она была очень напугана, а потому уязвима. Келли была в такой ярости, что могла решиться на любое безумие. Мигель шагнул к девушке, но она даже не шелохнулась.
- Брось саблю.
- Если ты подойдешь ко мне, я проткну тебе ребра, – пригрозила Келли. – Клянусь, я пущу в ход оружие.
- Не будь дурой! Брось саблю, и я забуду, что ты сделала.
- Давай, подходи, если осмелишься.
Мигель пожал плечами, провел ладонью по подбородку, на котором уже отросла щетина, и посмотрел на свои руки… Келли отвлеклась лишь на секунду, вспомнив, какие чувства поднимались в ее груди, когда эти руки ласкали ее, но этой секунды было достаточно. Мигель метнулся к ней, как лев. Келли махнула перед собой саблей, но испанец уклонился от удара, и клинок просвистел в нескольких миллиметрах от него, едва не задев. Секунду спустя, Мигель обезоружил Келли и сжал ее в своих руках. Но девушка не собиралась сдаваться. Келли защищалась, как могла, она пиналась и брыкалась, но Мигель сжимал ее все сильнее, пока она не смогла даже шевельнуться. Девушка обессиленно вздохнула, и Мигель купился на эту уловку, поверив, что он полностью подчинил ее. Но Келли была не готова смириться без борьбы, она кипела от гнева, и ее маленький, но бойкий кулачок, как пуля, стремительно вонзился Мигелю в живот, и тот разинул рот от удивления. Келли не преминула возможностью воспользоваться предоставленной ей драгоценной секундой. Ее кулачок снова метнулся вперед и угодил испанцу в подбородок, правда, в этот раз девушке было больнее, чем ему. Затем Келли, как ястреб, бросилась к сабле, и ее пальцы сомкнулись на эфесе. Когда Мигель смог оправиться от изумления, Келли находилась уже в другом конце каюты и снова сжимала в руках саблю.
Глаза Мигеля уже не выражали радость от развлечения, он держался от Келли на расстоянии. Эта штучка была опасной! Проклятая девка не собиралась опускать оружие!
Келли была уверена в том, что Мигель убьет ее, если поймает, но она предпочла бы смерть. Лучше было умереть, чем быть пленницей этого чертова отродья и терпеть от него унижения.
Мигель шагнул вперед, и Келли приподняла тяжелую, будто налитую свинцом саблю.
- Не подходи, Мигель!
- Брось саблю.
- Говорю тебе, не приближайся!
- Ты теряешь время.
- Возможно, твое время вот-вот закончится.
- Эй, красотка, я начинаю злиться всерьез, – сказал Мигель, благоразумно остановившись.
Келли казалось, что сабля невыносимо тяжела для нее. Она никогда не держала в руках столь грозное оружие, но, вероятно, ударить им не так уж сложно. Нужно только...
Мигель не дал Келли времени на раздумья. Увидев, что он бросился к ней, девушка, как умела, стала защищаться. Она махнула саблей, и кончик клинка полоснул по груди испанца, но он не отступил, а сильно ударил Келли по руке. Сабля выпала из рук девушки, и она почувствовала себя беззащитной перед яростью Мигеля. Мужчина резко толкнул Келли, и та, не удержавшись на ногах, упала и ударилась бедром о край кровати. Мигель зло пнул саблю ногой, и она, проскользив по полу, скрылась под кроватью. Де Торрес мельком посмотрел на покрасневший от крови небольшой порез, а затем впился глазами в Келли.
- Тимми! – рявкнул он, и почти тут же голова юнги просунулась в дверь. Паренек вытаращился на порез, красневший на груди капитана.
- Найди цепи.
- Что вы говорите, капитан? – Тимми не спешил выполнять приказ.
- Ты что, оглох? – взревел Мигель. – Тащи кандалы!
Паренек исчез, и капитан “Ангела” снова обратил все свое внимание на пленницу. Келли, бледная, как полотно, лежала там, куда упала, и держалась за бедро. Изрыгая проклятия и чертыхаясь, Мигель схватил бутылку рома и плеснул изрядную порцию себе на рану, а потом стер кровь первым, что попалось под руку. Он кипел от гнева оттого, что позволил себе подивиться кажущейся хрупкости девушки, которая при малейшей оплошности могла превращаться в опасную гарпию.
- Что случилось? – с цепью на плече в каюту вошел Арман Бризе и застыл, увидев открывшуюся перед ним картину, а затем его губы растянулись в радостной ухмылке. – Не нужна моя помощь, капитан?
- Сам справлюсь, – Мигель не оценил шутку Бризе. – Это моя забота. Дай-ка сюда, – Мигель подошел к неподвижно лежащей Келли, защелкнул браслет вокруг правого запястья девушки, затем обмотал цепь вокруг одной из ножек кровати и защелкнул браслет на другом запястье. Сопротивляться было совершенно бесполезно, и Келли не сопротивлялась. Из-за спины Мигеля Бризе насмешливо наблюдал за происходящим, не упуская ни одной детали.
- Кажется, вы ей не доверяете.
- Вот именно, не доверяю.
- Пожалуй, я дал бы парочку советов, как укоротить коготки такой кошечке, как эта, капитан.
Мигель перевел взгляд на боцмана, заплывший глаз которого светился всеми оттенками лилово-фиолетового цвета, вплоть до темного.
- А с тобой-то что произошло?
Как аукнется, так и откликнется, а потому Бризе ограничился легким покашливанием.
- Скажем так, на корабле не одна кошка, – выдавил он, наконец.
- И ты еще хотел меня учить?
Не успел капитан задать свой насмешливый вопрос, как боцмана уже и след простыл, а Келли мысленно поздравила Лидию. Однако ее оптимизм тут же исчез, приходилось думать о себе. “И что теперь? – спрашивала себя Келли. – Может, Мигель изобьет меня? Как он собирается отомстить мне?”
В ответ на невысказанный вопрос Мигель затушил лампы и улегся в кровать. Немного погодя, к немалому удивлению англичанки, Мигель уже крепко спал.
Келли проснулась от ломоты в костях, она не привыкла спать на полу. Девушка опасливо покосилась на кровать, боясь обнаружить там Мигеля, но кровать была пуста. Через балконную дверь просачивался радужный свет и освещал часть каюты. Судя по яркости многоцветных лучей, можно было думать, что уже почти полдень. Келли потянулась, разминая поясницу. Она встала, и лязг цепи вернул ее в реальность. Девушка дернула и потянула цепь, но добилась лишь того, что браслеты кандалов поранили запястья рук. Келли попыталась прилечь на краешек кровати, но цепь была слишком короткой, и ей пришлось довольствоваться только тем, что она сменила положение.
Будто предугадав, что девушка уже проснулась, Мигель вошел в каюту. Вид у него был угрюмый, и Келли инстинктивно напряглась, когда он подошел к ней, но капитан “Ангела” ограничился тем, что снял с нее кандалы.
- Тимми!
Парнишка вошел в каюту, неся поднос с едой, бутылкой вина и водой. Поставив на стол свою ношу, он быстро исчез.
- Полагаю, ты проголодалась.
У Келли заурчало в желудке. Да, она была голодна, но не хотела есть еду, предложенную Мигелем.
- Можешь не тратиться на еду.
- Хочешь умереть от голода?..
Аромат еды наполнил рот Келли слюной, ей безумно хотелось пить, но она постаралась оставаться непреклонной.
- Эй, кошечка, мне не хочется, чтобы ты стала похожей на дохлого цыпленка, – насмешливо обронил Мигель, – меня не привлекают кожа да кости.
- Ах, какая жалость! – так же насмешливо отозвалась Келли.
- Черт с тобой, я не собираюсь заставлять тебя есть, но, если тебя интересует, то знай, моя команда не побрезгует никем, кто носит юбку. Ты даже не представляешь, как они будут благодарны мне за то, что я освободил им дорогу.
Этот хитрый намек Мигеля привлек к себе все внимание Келли. Что это было, обман или нет? Может, это была всего лишь пустая угроза, и он просто хотел попугать ее? Келли отказывалась верить, что Мигель пал настолько низко, чтобы отдать ее своим приспешникам. При мысли об этом лицо Келли сделалось мертвенно-бледным. Девушка кашлянула, чтобы прочистить горло, но прежде чем она успела что-то сказать, Мигель вышел из каюты.
Она снова осталась одна. Келли посмотрела на еду и, хорошенько поразмыслив, решила, что искушать судьбу глупо. Однако сначала, она должна снова раздобыть оружие. Девушка подошла к столу – быть может, там есть нож, но на столе ничего не было. Хотя живот Келли упрямо продолжал напоминать о том, что она вот уже несколько часов не ела, девушка начала обыскивать каюту. Быть может, она отыщет что-нибудь, чем можно дать отпор Мигелю, когда он появится из-за двери. Келли внимательно осмотрела все рундуки, где испанец хранил одежду и прочие вещи, заглянула под кровать... Ничего. Она не нашла ничего, чем можно было бы защищаться.
В конце концов, она села за стол и вздрогнула, когда дверь снова открылась. Увидев Лидию, Келли радостно вскрикнула и подбежала к ней. Девушки обнялись, и Келли расплакалась от усталости и напряжения.
- С тобой все в порядке? А с Вирхинией? – всхлипывая, спрашивала она. – Ты знаешь что-нибудь об Аманде?
- Ну всё, всё, – приговаривала Лидия, – успокойтесь. – Она заставила Келли сесть и ласково поглаживала ее по голове, рассказывая новости. – У меня все хорошо, мамзель, а госпожа Клери на кухне. О подруге вашей я ничегошеньки не знаю, кроме того, что белобрысый пират увез ее на другой корабль. А Вы? Как Вы?
Келли перестала плакать, и в ее глазах появилась мятежная искорка строптивости и непокорства.
- Сегодня он всю ночь держал меня привязанной к кровати, но не прикоснулся ко мне.
Мулатка не скрывала облегченного вздоха.
- Когда я увидела, что этот человек схватил Вас, мамзель, я подумала, что он голову Вам оторвет. Этот человек внушает уважение.
- Ты не знаешь, Лидия, но этот человек был рабом в “Подающей надежды”. Его купил мой дядя. Я предпочла бы, чтобы он убил меня, потому что у него есть веские причины, чтобы мстить, и у меня кровь в жилах стынет, когда я думаю о том, какие чувства он должен хранить ко мне.
- Но пока вы живы, госпожа, есть надежда.
- Да, есть надежда принадлежать дьяволу, – прошептала Келли, подходя к закрытому балкону. – Ты не знаешь, куда мы плывем?
- Думаю, на Мартинику. По крайней мере, так сказал человек, которому я теперь принадлежу.
- Бризе?
- Я не знаю, как его зовут, мамзель.
- Он боцман Мигеля.
Лидия задумчиво сдвинула брови и припомнила их давний разговор в поместье.
- Мигель? Это тот самый человек, которого чуть не убил Ваш кузен?
- Он самый. Думаю, он хочет отомстить мне за все, что было в поместье.
Мулатка заломила руки и опустила голову. Если все, что она услышала сейчас, было правдой, у испанца было множество причин поквитаться с Келли.
- За себя я не боюсь, сеньорита. Я не больше чем рабыня, у которой сменился хозяин.
- Лидия, ты свободный человек с тех пор, как мы сели на корабль “Дух моря”.
- Но бумаги остались на том корабле.
- Какая разница, что они остались там. Ты никому не принадлежишь.
- Я принадлежу боцману, – ответила Лидия, – но это не слишком меня беспокоит, а вот Вы…
- Я племянница человека, который закабалил Мигеля, и кузина того, кто убил его брата, унижал его самого и порол кнутом. Я понимаю, что это не очень удачная рекомендация для человека, пожираемого ненавистью.
Лидия ничего не ответила, но для Келли ее молчание было красноречивее всяких слов. Она с лихвой могла расплатиться за низость, ничтожность и звериную дикость Эдгара. Келли прошлась по каюте, не зная, что делать, чтобы избежать страшной участи.
- Все кончится тем, что я убью его.
- Это очень сомнительное дело, госпожа. Даже если Вы сможете убить его, то что Вы от этого выиграете? Все, кто здесь находится, пираты, и они не преминут попользоваться нами, а потом выбросят в море. А этот испанец, их капитан, кажется, умеет держать их в ежовых рукавицах. Находиться под его защитой для вашей же пользы, мамзель.
- Он защитит меня от этого отребья? Да, несомненно, они его боятся, но кто защитит меня от него?
- Я слышала в разговоре, – Лидия еле заметно улыбнулась, – что Вы напали на него, и теперь на его груди красуется глубокий порез.
- Это Бризе рассказал тебе?
- Когда он вернулся, то хохотал, не переставая, – не стала отрицать Лидия. – Он сказал, что Вы пометили его, как домашний скот.
- А ты? Что ты сама скажешь о лиловом ухе боцмана?
Девушки понимающе переглянулись, как две задушевные подружки, и весело рассмеялись.
Такими по возвращении и застал их Мигель. Он остановился и восторженно прислушался к происходящему. Уходя, он оставил в каюте гадюку, а теперь нашел прелестную женщину, которая, вроде бы, совершенно свободно обменивалась с другой секретами.
Келли будто почуяла присутствие Мигеля, и ее веселье мигом испарилось.
- Тебя зовет Бризе, – обратился Мигель к мулатке.
Лидия обняла свою госпожу и еле слышно прошептала:
- Не злите его, прошу Вас. – Прежде чем уйти, она осмелилась посмотреть на Мигеля. – Капитан, могу я поговорить с Вами минутку?
Мигель удивленно поднял бровь, галантно пропустил девушку вперед и закрыл за собой дверь.
- Капитан… не делайте больно сеньорите, не причиняйте ей зла.
Мигель вздрогнул и выпрямился, как от пощечины.
- Твоя госпожа и сама может отлично позаботиться о себе, – буркнул он.
- Бризе рассказал мне об этом, но нужно принять во внимание, что она была напугана.
- Она великолепно скрывала это.
- Вы не должны винить ее за то, что случилось в “Подающей надежды”, – настаивала Лидия. – Она…
- С меня довольно, девчонка! – прервал Лидию Мигель. – Возвращайся в свою каюту. Надеюсь, больше не увижу тебя до тех пор, пока мы не ступим на землю.
Лидия ничего не могла поделать и ушла восвояси, несолоно хлебавши.
Мигель чертыхнулся сквозь зубы. Не обращаться плохо с этой паршивкой, видите ли! А как с ней обращаться? Как с дорогой гостьей, что ли? Как он должен был себя вести с этой плантаторшей? Как обращаться с кем-то из членов семьи, убившей его брата и едва не спустившей шкуру с него самого? В жилах Келли текла проклятая, гнилая кровь Колбертов. Верить ей равносильно самоубийству. Прошлой ночью он попытался ей поверить, и чего добился? Она едва не проткнула его самого его же собственной саблей. Впредь он станет обращаться с ней, как с рабой, кем она и являлась.
Когда Мигель вошел в каюту, его настроение заметно испортилось. Первое, что он увидел, было то, что Келли не притронулась к еде. Даже этим она мучила его. Мигель схватил девушку за руку и притянул к себе. Он пальцами взял ее за подбородок и приподнял голову, заставляя смотреть прямо в глаза.
- Ты считаешь шуткой, что я могу отдать тебя своим парням?
У Келли ослабли ноги.
- Нет… – что-то вспыхнуло в мозгу Келли, предупреждая, что ей не стóит и дальше задирать испанца, так что она опустила глаза, выражая смирение. – Меня отвлек неожиданный приход Лидии.
- Тогда ешь сейчас! – Мигель заставил Келли сесть и подтолкнул к ней поднос с едой. – И не бойся отравиться, еду готовила эта старая ирландская ведьма, которая все никак не перестанет причитать да жаловаться.
Что верно, то верно – Аманда стала кухаркой для этой шайки головорезов. Немного успокоившись, Келли с аппетитом набросилась на еду.