Blue Jeans - ¿Puedo soñar contigo? #57

Блю Джинс. "Можешь мне присниться?" Глава. 57. Пятница

 

Ester es una gran chica. Una de las pocas personas que ahora mismo puede considerar como
amiga. La ha informado de lo que quería saber. El tren de Raúl sale mañana de Valencia a las doce y
llega a Madrid antes de las dos.
—¿Cómo ha ido hoy el instituto? —le pregunta su madre, mientras ven el informativo de Antena
3 en la televisión. Han cenado los tres juntos, sus padres y ella. Casi no han hablado. Y es que Elísabet
tiene la cabeza en otros asuntos.
—Normal.
—¿Y los exámenes? ¿Los llevas bien? —insiste Susana, intentando que su hija se muestre más
comunicativa con ellos.
—Hasta que no los haga, no puedo saberlo.
—Es una suerte que el director Olmedo haya permitido que vuelvas y así no pierdas un curso.
Aunque te tengas que esforzar mucho ahora, luego lo agradecerás.
—Papá, lo chantajeamos. Pero sí, es una suerte.
La idea partió de ella, aunque sin la ayuda de sus padres no habría podido regresar este año al
instituto. Todo ha salido como esperaba. Excepto lo de Raúl y Valeria. Esos dos siguen empeñados en
no hablarle. Hoy lo intentó con ella, pero no quiso ni dirigirle la palabra en todo el día. Y cuando
acabaron las clases, esperó a que su madre la recogiera para salir del edificio y no coincidir con ella.
Se le ocurren muchos calificativos para definir a su antigua amiga. Y ninguno bueno.
—¿Quieres algo de postre?
—¿Hay uvas?
—Sí. Las he comprado hoy y tienen una pinta riquísima —le dice su madre, levantándose y
yendo hasta la cocina.
Cuando regresa trae un gran racimo en un cuenco de cristal. Se lo entrega a su hija, que se las va
comiendo una a una a gran velocidad. Es verdad, están muy buenas.
—Vas muy deprisa, Elísabet. Ten cuidado no te vayas a atragantar.
—No soy una niña pequeña, papá.
Está cansada de que la traten así. Antes no se preocupaban tanto de ella y le dejaban más libertad.
Ahora, hasta para comer unas simples uvas le dan consejos.
—Pobrecita. Que se va a atragantar con una uvita.
Eli mira a su izquierda y ve a Alicia. También ella está comiendo uvas. Sostiene un racimo en
una mano y con la otra, las arranca y se las lleva a la boca.
Allí, delante de sus padres, no puede ni debe hacer ningún movimiento o gesto raro. Nada que
indique la presencia de aquella chica que no existe. Cierra los ojos y los abre, lentamente. ¿Sigue allí?
—Estoooooy aquíííííí —canturrea la joven, que danza por el salón a su antojo con el racimo en
las manos—. ¿Qué pasa? ¿No vas a hablarme porque están tus viejos delante? Diles que te subes a tu
habitación y así tendremos más intimidad las dos.
Pero Elísabet ni pestañea. Continúa comiendo uvas muy deprisa, hasta que se traga la última.
—Hip..., hip.
Mierda, le ha entrado hipo. En ocasiones le pasa. Sobre todo cuando está muy nerviosa. Aunque
en esta oportunidad no sabe si es por eso o porque ha comido demasiado rápido.
—¿Te encuentras bien, hija?
—Sólo es hipo, mamá.
—Bebe agua, ya verás como se te quita.
Eli obedece a su madre y toma un poco de agua de su vaso. Sin embargo, el hipo persiste. Está
empezando a desesperarse. Bebe más agua, pero no consigue eliminarlo.
—¿Soy yo la que te pone nerviosa? Normal. Es que como tus padres se enteren de que me vuelves
a ver, irás otra vez de cabeza a los loqueros. Y eso significa... adiós clases, adiós exámenes, adiós
Incomprendidos..., adiós Angelito.
—Subo a mi cuarto a estudiar —indica Eli, intentando no hacer caso a Alicia.
—Muy bien, hija. ¿Se te ha pasado el hipo?
—Hip... No. Aquí sigue.
Elísabet sube la escalera hasta su dormitorio. Cierra la puerta y enciende el ordenador. Es muy
desagradable tener hipo.
—¡Uhhhhh! ¿Te he asustado? —le pregunta Alicia, apareciendo de improvisto delante de sus
ojos.
No va a responderle. Quiere que se vaya para siempre. Que la deje tranquila. Por favor.
—¿Ves? He conseguido que se te quite el hipo. Y tú todavía dudas de que existo...
—No existe. No existe. Eres tú, sólo eres tú la que la ve —dice, buscando en YouTube una
canción. La que ha escuchado tantas veces en aquellos días de tristeza y soledad.
Es el tema Un recuerdo más, del grupo valenciano Nada que Decir. Pone el vídeo
<http://www.youtube.com/watch?v=bfy5NbrN_ec> y le da al Play.
—¿Otra vez esta cursilería? ¿No puedes escuchar algo menos ñoño?
Pero Eli ya está entregada a su canción. La música suena a todo volumen y ella grita la letra
mientras la canta.
Si me dijeras que mi voz se fue,
que todo es distinto esta vez,
que ya no volveremos a vernos.
Y tan dentro.
Y si te digo que quiero saber
qué fue lo que te hizo pensar
que ya me rozaba el final, mi final.
Y si me miras y te vas,
tan lejos que me olvidarás,
pensando que ella será un recuerdo más.
Ayer busqué razones de sentirme bien,
hablar sin tener que llorar,
pensando que aún estás.
Y duele recordar el último beso,
yo sin mirar, la última mano a la que agarrar
y no soltarla más.
Y si me miras y te vas...
No hay nada mejor que la música para expresar un sentimiento. Eli llora sobre la mesa de su
habitación, mientras canta el estribillo del tema de Nada que Decir. Es un momento que se ha repetido
tantas y tantas veces en los últimos meses... Cuando termina la pone otra vez. Y una tercera. Y una
cuarta...
Para entonces, Alicia ya ha desaparecido. Sabe que sólo se ha marchado por esa noche, o tal vez
por unas cuantas horas. O quizá no vuelva hasta la semana que viene. Quién sabe. No lo controla. No
es capaz de controlar sus idas y venidas. Sólo está segura de una cosa: siempre que piensa en Valeria,
siempre, surge ella de la nada. Esa chica rubia que lleva coletas y que le está haciendo la vida
imposible. ¿O es Valeria la que le está haciendo la vida imposible?
Da lo mismo. Las dos son las culpables de todo lo malo que le ha pasado.
Se seca las lágrimas y se sienta sobre la mesa de la habitación. Mira por la ventana. Es noche
cerrada. Odia a esas dos. A la que existe y a la otra que dicen que no. Con lo bien que podría estar ella
dando un paseo por la calle con... ¡Ángel!
¿Es él? Abre la ventana y saca la cabeza para asegurarse. ¡Sí! ¡Es él! Con un gesto de la mano le
pide que baje. Pero no puede salir ahora, no la van a dejar.
Se le ocurre un plan. Aunque sólo gane un par de minutos.
Baja corriendo la escalera y entra en la cocina. Cierra la bolsa de la basura y se la lleva.
—Ahora vengo, voy a tirar la basura —les dice a sus padres, enseñándoles la pesada carga—.
Tranquilos, no me voy a escapar de casa en pijama. Sólo quiero que me dé un poco el aire.
Sus padres se miran entre sí, pero acceden. Sólo es ir a la esquina. Apenas son cincuenta metros
los que tiene que recorrer.
Elísabet camina muy deprisa hacia la puerta de su casa y sale a la calle. La brisilla de la noche le
despierta un escalofrío, pero pronto entra en calor al verlo. Casi de puntillas se acerca hasta donde está
Ángel. Los dos se abrazan.
—Vamos hacia el contenedor por si mi madre me vigila. Si nos pilla, le diré que nos hemos
encontrado por casualidad.
Apenas son tres minutos los que están juntos. Ni siquiera pueden besarse, salvo dos besos en la
mejilla, cerca de los labios. Pero son casi tres minutos increíbles. No le hace falta mucho más para ser
feliz.
—¿Cuándo te volveré a ver? —le pregunta ansiosa Elísabet cuando se despiden.
—No lo sé. Quizá mañana...
Ángel estaba en lo cierto. Mañana volverán a encontrarse una vez más. En un sábado que marcará
sus vidas y sus destinos para siempre.
Эстер – клевая девчонка, одна из немногих, кого сейчас можно считать подругой. Она сказала ей
все, что хотелось узнать. Поезд Рауля отправляется из Валенсии завтра, в двенадцать, и прибывает в Мадрид около двух.
- Как сегодня в школе? – спрашивает мать, пока они смотрят новости по Антенне 3. Элизабет
ужинала вместе с родителями. Они почти не разговаривали, к тому же сейчас голова у Эли занята другими вещами.
- Нормально.
- А экзамены? Ты успешно их сдашь? – не отстает от Эли Сусана, стараясь разговорить дочь.
- Откуда я знаю, пока не сдам.
- Это счастье, что директор Альмеда разрешил тебе вернуться в школу, чтобы не потерять год.
Потом ты его поблагодаришь, а пока ты должна постараться.
- Вообще-то, мы его шантажировали, папа, но все равно нам повезло.
Идея принадлежала Эли, но без родительской помощи она не смогла бы вернуться в школу в этом
году. Все вышло так, как она ожидала, за исключением Рауля и Валерии. Эти двое продолжают упорно отмалчиваться и не разговаривают с ней. Сегодня она попыталась поговорить с Валерией, но та за весь день не захотела даже слова сказать. А когда закончились занятия, она подождала, когда мать заберет ее у входа, и до той поры не выходила из школы, чтобы не встретиться с ней ненароком. В голову Эли приходит множество определений для своей бывшей подруги, но ни одного хорошего.
- Хочешь чего-нибудь на десерт?
- У нас есть виноград?
- Да, я  купила сегодня. На вид он очень вкусный, – отвечает мать, вставая из-за стола и идя на
кухню.
Вскоре она возвращается, неся большую гроздь винограда в хрустальной вазе. Она протягивает
дочери виноград, и та принимается есть его с невероятной скоростью. Виноград, и в самом деле, очень вкусный.
- Элизабет, ты очень торопишься. Осторожнее, а не то поперхнешься.
- Я не маленькая девочка, папа.
Эли устала от того, что родители обращаются с ней, как с ребенком. Раньше они так не
волновались за нее, и давали ей больше свободы. А сейчас дошло до того, что они дают ей советы, как есть виноград.
- Ах, ах, бедненькая, она подавится виноградом!
Эли смотрит налево и видит Алисию. Та тоже ест виноград. В одной руке она сжимает
виноградную гроздь, а другой рукой отрывает от нее виноградины и отправляет в рот.
Находясь прямо под носом у родителей, Эли не может даже шевельнуться, или сделать
какой-нибудь необычный жест, который выдал бы присутствие здесь несуществующей девчонки. Она закрывает глаза и медленно открывает их. Эта девчонка все еще здесь?
- Я зде-е-е-сь, – напевает девушка, вальсируя, как ей заблагорассудится, по гостиной с гроздью
винограда в руке. – Э-эй, в чем дело? Ты не будешь разговаривать со мной, потому что здесь твои старики? Давай, скажи им, что поднимешься в свою комнату, а уж там мы с тобой поболтаем по-дружески вдали от посторонних ушей, но Элизабет даже глазом не моргнула. Она продолжает торопливо глотать виноградины, пока не съедает последнюю.
- Ик... ик.
Вот черт, опять эта проклятая икота. Такое с ней иногда случается, особенно, если она сильно нервничает. Правда, в данном случае непонятно, отчего напала икота – то ли из-за нервов, то ли она  слишком быстро ела виноград.
- Ты хорошо себя чувствуешь, доченька?
- Это всего лишь икота, мама.
- Попей воды, и увидишь, что икота пройдет.
Эли послушно, без возражений, отпила из стакана немного воды, но икота не прошла. Девушка в отчаянии пьет еще, но безрезультатно.
- Ты нервничаешь из-за меня? Это нормально, ведь если твои родители узнают, что ты снова меня видишь, тебя опять упекут в психушку. А это означает... прощай, школа, прощай, экзамены, прощайте, “непонятые”... и прощай, Анхелито.
- Я поднимусь к себе в комнату и буду заниматься, – говорит Эли, стараясь не обращать внимания на Алисию.
- Хорошо, доченька. Икота уже прошла?
- Ик... пока еще нет.
Элизабет поднимается по лестнице в спальню, закрывает дверь и включает компьютер. Эта противная икота.
- У-у-у! Ну что, напугала? – спрашивает Алисия, внезапно появляясь прямо перед глазами Эли.
Ну уж нет! Она не станет отвечать. Она хочет, чтобы Алисия ушла навсегда. Хоть бы она оставила ее в покое! Ну, пожалуйста.
- Вот видишь? Мне удалось избавить тебя от икоты, а ты все еще сомневаешься в моем существовании...
- Ты не существуешь. Не существуешь. Ты... это только я вижу тебя, – отвечает Эли, ища в ютубе песню, которую она часто слушала в грустные дни одиночества. Это песня валенсийской группы “Нечего сказать” под названием “Еще одно воспоминание”. Эли включает видео. [прим: речь идет о группе Nada que Decir и их песне Un Recuerdo Más с альбома Billete De Ida (2011г)]
- О-о-о, опять этот отстой? Ты не можешь послушать что-нибудь получше, а не эту фигню?
Но Эли уже целиком отдалась песне. Музыка звучит на полную громкость, и она поет песню, громко выкрикивая слова.
И вот ты мне сказала, что мой голос исчез,
и в этот раз все по-другому,
что у нас уже не будет
таких близких, теплых встреч.
А я говорю, что хочу знать,
что же заставило тебя думать,
что нашим отношениям пришел конец,
что со мной покончено.
А ты смотришь на меня и уходишь
так далеко, что забудешь меня,
уходишь, думая, что я стану
еще одним воспоминанием.
Вчера я искал причины
прийти в себя и поговорить.
Я не должен плакать,
думая, что ты все еще здесь.
Больно вспоминать
последний поцелуй, когда я, не глядя на тебя,
последний раз сжал твою руку
и не отпускал ее.
И вот ты смотришь на меня и уходишь...
Ничто не выражает чувства лучше музыки. Эли плачет, стоя в своей комнате у стола, и напевая припев песни. В последние месяцы эта сцена повторялась очень часто... Когда песня заканчивается, Эли включает ее снова, а потом и в третий, и в четвертый раз...
К тому времени Алисия уже испарилась, вот только кто знает, надолго ли – может, на ночь, может, всего на несколько часов, а может, она не вернется до следующей недели. Кто ее знает, она неуправляема. Эли не может контролировать ее приходы и уходы; она уверена только в одном – всегда, когда она думает о Валерии, откуда ни возьмись появляется Алисия. Вот она, тут как тут, эта белобрысая девчонка с хвостиками, делающая невыносимой ее жизнь. А может, это Валерия делает ее жизнь невыносимой?
Какая, к черту, разница. Они обе виноваты во всем плохом, что было в жизни.
Эли утирает слезы, садится на крышку стола и смотрит в окно. Какая темная ночь. Она ненавидит их обеих. И ту, что есть, и другую, о которой говорят, что она не существует. Было бы здорово, если бы она могла сейчас гулять с... Анхелем!
Анхель? Эли открывает створку и выглядывает в окно, чтобы убедиться в этом. Точно! Это он! Анхель призывно машет ей рукой, прося спуститься, но она не может выйти сейчас, ей не разрешат. И тут в голове Эли созревает план, хотя этим она выиграет всего пару минут.
Девушка быстро сбегает по лестнице и входит в кухню. Она берет пакет с мусором, завязывает его и несет к двери.
- Я сейчас приду, только мусор выброшу, – говорит она родителям, показывая им довольно тяжелый пакет. – Не бойтесь, я не собираюсь сбегать из дома в пижаме, просто хочу немного подышать свежим воздухом.
Родители переглядываются между собой, но не возражают, ведь Эли нужно пробежать всего-то метров пятьдесят до угла.
Эли быстро идет к двери и выходит на улицу. Холодный ночной ветерок пробуждает в ней дрожь, но вот девушка видит Анхеля, и ее тут же бросает в жар. Они обнимаются.
- Пойдем к мусорному контейнеру, вдруг мама за мной следит. Если она нас застукает, я скажу, что мы встретились случайно.
У ребят есть три минуты, чтобы побыть вместе. Они даже поцеловаться нормально не могут, так, два поцелуя в щечку, около губ, и все равно эти три минуты невероятные. Эли так мало нужно для счастья, даже этого достаточно.
- Когда я снова тебя увижу? – с тревогой тоскливо спрашивает Элизабет при расставании.
- Не знаю. Вероятно, завтра...
Анхель прав. Они снова встретятся завтра, в субботу, которая навсегда определит их жизни и судьбы.