Blue Jeans - Tengo un secreto 13

Блю Джинс. "У меня есть секрет" Глава. 13.

25 de septiembre 

25 de septiembre 25 de septiembre25 de septiembre 25 de septiembre 25 de septiembre
¿Realmente conocemos a las personas como creemos?
¿Es posible que alguien cambie tanto de un día para otro como para acabar no reconociéndole?
Después de mis últimas experiencias tengo que decir que sí, que es posible. Es muy duro, y si, además, es alguien a quien queremos, duele más.
A lo mejor, lo que sucede es que nos colocamos una venda en los ojos y no nos damos cuenta de lo que pasa a nuestro alrededor. ¿No dicen que el amor es ciego? Tal vez los ciegos somos nosotros y le echamos la culpa al amor. Lo adecuado sería de vez en cuando revisarnos la vista y así tratar de evitar futuros sobresaltos.
Y es que estoy muy confusa en estos momentos. No entiendo por qué ha pasado todo esto. ¿Y si es culpa mía? ¿Y si ese cambio lo provoqué yo? No lo sé; lo único que sé es que ella no era así. Ésa no es la chica que me enamoró. La que me hizo comprender que era capaz de sentir más allá de la piel, de los complejos, de los clichés sociales y de las teorías que no le importan a nadie. Ella logró que confiar en mí no fuera una lejana fantasía, sino una valiente realidad. Puso la primera piedra en la estatua de sentimientos en la que me he transformado y con la que empiezo a sentirme un poco mejor.
¿Es verdad que se fue? ¿O sólo era un disfraz?
Cuando piensas en alguien, lo puedes hacer de dos formas: sumando los recuerdos que te dejó hasta ese día o quedándote con la última visión que has tenido de él o ella. ¿Cuál es más real?
Probablemente, la primera. Sin embargo, es más habitual caer en la segunda. Al menos, a corto plazo. Tendemos a quedarnos con la última imagen que tenemos de esa persona. Para bien o para mal. Y muchas veces nuestro amor o nuestro odio dependen de ese último encuentro, sin contar con cada uno de los fotogramas con los que se construyó la película.
A partir de ahora, ¿qué? ¿Cómo se supone que debo actuar?
Hay muchas opciones, pero todas a medias. Ninguna será definitiva, ninguna conseguirá solucionar el problema. En ninguno de los casos me sentiré bien y con ninguna medida me restableceré de lo que está pasando. Si duermes, te arriesgas a tener pesadillas. Pero es imposible vivir sin dormir.
Por lo tanto, todas esas opciones son falsas opciones. Aunque de alguna manera hay que comportarse.
En el juego de la vida gana el que es feliz, aunque es posible que todavía a nadie le hayan dado el primer premio.

CAPÍTULO 13 CAPÍTULO 13

Aquel fin de semana fue un auténtico infierno. Perdí la cuenta de las llamadas de paloma y de los mensajes que me había mandado desde el incidente en mi habitación. En unos me pedía perdón, en otros me recriminaba haberla dejado y en el resto divagaba por numerosos temas que ni siquiera tenían que ver con lo nuestro.
Empezaba a pensar que se estaba volviendo loca de verdad. Me daba miedo imaginar que entre mensaje y mensaje se hacía daño a sí misma. A pesar de su reacción desproporcionada en mi casa, esperaba que no estuviera haciendo ninguna tontería. Su imagen encima de mí, agarrándome fuerte de las manos, fuera de sí, no se me había borrado todavía de la cabeza y se repetía constantemente. Pero la quería. La quería por todas las cosas buenas que me había dado en esos meses de relación. Y deseaba que estuviera bien.
Sin embargo, el peor momento de ese fin de semana sucedió el domingo por la mañana. El grupo había quedado en reunirse en Constanza para plantear la semana en el instituto. Acudimos todos, incluida Alba. La tensión podía masticarse en varios frentes. Valeria todavía no le había contado nada a Raúl, ni se había hecho la prueba de embarazo. La veía inquieta, tensa, pero apenas hablaba. El triángulo Alba, Bruno y Ester no conversaban entre ellos. No se tiraban los trastos a la cabeza, pero se ignoraban casi todo el tiempo. Era una especie de guerra fría entre los tres.
Otra guerra, menos fría y más directa, era la que tenía Bruno conmigo. Cada una de sus miradas era para recordarme que estaba muy enfadado por mi comportamiento. No sé qué le habría contado Paloma, pero si con alguien debía estar molesto era con ella.
Al terminar la reunión de los Incomprendidos, me pidió que lo acompañara. Tenía que hablar conmigo. Accedí y juntos nos fuimos caminando.
—Paloma me ha contado todo —me dijo cuando nos alejamos del resto.
—A saber la versión que te ha dado.
—Me ha dicho la verdad.
—¿Y cuál es esa verdad?
No confiaba en que ella le hubiera relatado los hechos tal y como se produjeron. En cambio, lo que Bruno me contó se parecía muchísimo a lo que sucedió en realidad. Paloma no le había mentido, ni había obviado detalles importantes que la culpasen. Aquella prueba de sinceridad me sorprendió y al mismo tiempo me hizo darme cuenta de que mi exnovia aún conservaba la cordura.
—Como ves, no ha tenido problemas en reconocer que no se comportó bien.
—Y sabiendo todo eso, ¿todavía la defiendes?
—Sí, la defiendo —indicó muy convencido—. Sé lo que es que una persona te rechace. Se sufre muchísimo. No imagino lo que tiene que ser que de buenas a primeras la persona a la que amas te deje de querer.
—A ti te pasó con Alba.
—No. Lo mío con Alba fue distinto. Son dos historias completamente diferentes.
—Si tú lo dices...
A Bruno aquella alusión a Alba y el final de su historia de amor le molestó. Pero ambas tenían similitudes. O eso es lo que yo veía.
—No estamos hablando de Alba y de mí —comentó más calmado—. Estamos hablando de ti y de la mejor chica a la vas a conocer en tu vida.
—Eso no lo sabes, Bruno.
—Sí que lo sé.
—Pues como tú digas. Pero no quiero otra vez hablar de lo mismo. Te he explicado ya y se lo he dicho a ella que no estoy enamorada y que lo nuestro terminó. Se acabó. Y me hubiera gustado que eso no pasara, pero no puedo controlar lo que siento.
Mi amigo hizo un gesto negativo con la cabeza y torció el labio en desacuerdo. Dudó en decirme lo que se tenía guardado, pero, finalmente, decidió contármelo.
—El otro día Paloma me dijo que no quería seguir viviendo sin ti.
—Es algo que se dice después de una ruptura, Bruno. Siempre se exagera.
—Lo decía en serio.
—En su estado se dicen muchas cosas que...
—Me hablaba por Skype, con la cámara puesta y una cuchilla en la mano. Delante de mí se la pasó varias veces por el brazo muy decidida. Quería cortarse, Meri.
Me quedé helada al escuchar a Bruno. Aquello iba más allá de lo que ya había hecho antes. Definitivamente, Paloma no estaba bien. Necesitaba tratamiento de nuevo.
—¿Y lo hizo?
—No. La convencí de que estaba cometiendo un error. Pero no sé si volverá a hacerlo.
—Tiene que ir al psicólogo. ¡Urgentemente!
—Ella es buena, razona, no está mal de la cabeza. Y se ha recuperado de su problema. Hace mucho que no se autolesiona...
—Necesita un médico, Bruno. ¿No lo ves?
—Quizá. Pero si está así es porque te quiere demasiado. Y ya no puede estar contigo. Eso la está matando por dentro.
—No existe ninguna razón, ni ningún motivo coherente para que alguien se quiera hacer cortes en los brazos.
—Si un médico o un psicólogo se entera de lo que ha intentado hacer, la encerrarán otra vez. No lo aguantaría de nuevo. Odia los hospitales —dijo en voz baja muy preocupado—. De verdad que Paloma está bien. Lo que le pasa es por ti. Todo es por ti. ¿No lo comprendes?
Toda la responsabilidad recaía sobre mis hombros y no estaba preparada para
ello. Un dolor punzante se instaló en mi frente desde ese instante. Yo era la razón por la que una persona se quería hacer daño a sí misma. No es fácil asumir una noticia de esa magnitud.
—Lo comprendo. Pero ¿qué puedo hacer?
—Ella te ama. Y tú también la quieres. Si vuelves con ella será la Paloma de siempre. La chica de la que te enamoraste y que, en cierta manera, me ha conquistado a mí también.
—Yo no la amo, Bruno. No puedo estar con alguien sólo por compasión.
—No es sólo por compasión.
—Sí que lo es. Si saliera con ella, sólo sería porque me da pena. No sería justo para nadie que eso pasase.
En ese «nadie» incluía también a Laura y creo que Bruno lo percibió, atendiendo a su reacción y las muecas de su cara. Seguramente, Paloma le había hablado de sus sospechas en relación con mi nueva amiga. Precisamente, con Laura había hablado la tarde anterior, aunque no le conté nada de lo que había sucedido en mi casa. No quería preocuparla ni tampoco que me aconsejara sobre qué hacer con Paloma. Ya bastantes estábamos implicados en aquella historia como para meterla a ella también.
—¿Por qué no le das un mes? ¿O un par de semanas? Si no funciona, pues no funcionó. Pero al menos lo habrás intentado. Y eso te honrará como amiga, como persona y como pareja o expareja.
—Sólo sería engañarla, engañarme a mí misma y perder el tiempo.
—Puede ser, pero si no funciona ya no será una sorpresa. Creo que si en unos días se da cuenta de que lo vuestro no puede ser se lo tomará de otra manera.
No estaba de acuerdo en nada de lo que Bruno decía. Pensaba que dentro de cuatro días, dos semanas, tres meses..., transcurriera el tiempo que transcurriera, Paloma se lo tomaría igual de mal. No podía volver con ella. Por mucho que me doliera el que por mi culpa lo estuviera pasando tan mal hasta el punto de amagar con cortarse los brazos.
—Lo siento, Bruno. No voy a hacerlo.
—Meri. Si no lo haces, Paloma...
—No insistas, por favor. No quiero más a Paloma como novia. Es definitivo.
Bruno dejó de caminar y me observó de arriba abajo. Sabía que no estaba pensando nada bueno sobre mí. Pero ni siquiera me lo dijo. Se dio la vuelta y sin despedirse se marchó por otro lado. Me quedé inmóvil unos segundos hasta que logré reaccionar. Tuve la impresión de que en aquel instante estaba perdiendo a un amigo.
Cuando llegué a casa me dolía muchísimo la cabeza. Llevaba muchos días soportando una gran presión. Me tumbé en la cama y cerré los ojos. No logré dormir nada. Apenas comí al mediodía y tampoco concilié el sueño después. Cada minuto me sentía peor e imaginé que las cosas se complicarían todavía más. Es lo que había estado sucediendo. El pozo parecía más hondo y la caída acabaría siendo más profunda. ¿Cuánto? Estaba por ver...
Como no podía dormir, me senté delante del ordenador en la silla nueva que
mi madre me había comprado. A decir verdad, era más cómoda que la que se había roto. Entré en mis cuentas de redes sociales y vi las últimas notificaciones que tenía. Ninguna importante salvo un mensaje en Twitter de Laura. Me imaginé que se trataba de una especie de proverbio: «Puede que lo que hacemos no traiga siempre la felicidad, pero si no hacemos nada, no habrá felicidad».
Investigué en Google de quién era aquella frase y en seguida encontré la respuesta: Albert Camus. La leí varias veces y le busqué la relación conmigo. Había hecho muchas cosas últimamente que no me habían traído, precisamente, la felicidad. Aunque todas con un motivo detrás muy definido y concienciado.
A lo mejor, mi felicidad pasaba por las consecuencias y las circunstancias que ahora estaba viviendo. Sin embargo, sentada en mi silla nueva, necesitaba preguntármelo una y otra vez: ¿era yo realmente feliz en ese momento? Sabía qué contestar. Y no necesitaba Google para encontrar respuesta a eso.

25 сентября

Мы считаем, что знаем людей, но так ли это на самом деле?
Возможно ли, чтобы за день кто-то изменился до неузнаваемости?
Судя по последним событиям, должна сказать, да, возможно. Это очень тяжело, а если этот 
кто-то, вдобавок, тот, кого мы любим, то от этого еще тяжелее.
Скорее всего, это происходит оттого, что мы живем, как зашоренные, не понимая и не замечая, 
что происходит вокруг нас. Говорят, что любовь слепа. А может, мы сами слепцы, а виним во всем любовь? Правильней было бы проверить зрение, чтобы постараться избежать будущих потрясений.
Дело в том, что в такие моменты я теряюсь. Я не понимаю, почему все это произошло. 
Виновата ли я? Может быть, я сама спровоцировала это? Не знаю. Единственное, что я знаю – Палома не была такой. Сейчас это не та девушка, которую я любила, которая заставила меня понять, что я могла любить всей душой, невзирая на комплексы, общественные стереотипы и не имеющие никакого значения теории. Она добилась того, что я поверила в себя, перестала быть фантазеркой, витающей в далеких мечтах, и стала храброй реалисткой. Палома заложила первый камень в здание преобразивших меня чувств, и мне стало немного лучше.
Та Палома, которую я любила, и вправду исчезла, или она притворялась такой?
Когда ты думаешь о ком-то, то можешь делать это двумя способами: вспоминать все, что 
было у тебя с человеком до сегодняшнего дня, или же вспоминать только последнюю встречу с ним или с ней. Что из этого более реально?
Возможно, первое, хотя обычно оказывается второе, по крайней мере, на короткий срок. К 
лучшему или к худшему, мы склоняемся к последнему воспоминанию об этом человеке, и зачастую наша любовь или ненависть зависят от этой последней встречи, исключая все предыдущие кадры, из которых был смонтирован наш фильм.
И что делать с сегодняшнего дня? Как предусмотреть, что нужно делать?
Существует огромный выбор действий, но все они неполноценны. Ни одно из них не решит 
проблему полностью. И в том, и в другом случае мне будет плохо, что бы я ни делала, мне никак не оправиться от того, что случилось. Если ты заснешь, то рискуешь оказаться в кошмарном сне, но и без сна не проживешь.
Выходит, что все твои действия ошибочны, но как бы то ни было, нужно терпеть. В жизненной 
игре побеждает тот, кто счастлив, хотя, возможно, первая премия еще никому не вручена.

Глава 13

Эти выходные были сущим адом. Я потеряла счет звонкам Паломы и сообщениям, которые она 
мне присылала со времени инцидента, произошедшего в моей комнате. В одних она просила прощения, в других – обвиняла, что я ее бросила, в остальных говорилось еще бог знает о чем, не имеющем к нам никакого отношения.
Я уже начала подумывать, что Палома и вправду помешалась. Мне было страшно представить, что 
в перерывах между сообщениями она занималась членовредительством. Я надеялась, что несмотря на ее неадекватную реакцию у меня дома, она не натворит каких-нибудь глупостей. Мне никак не удавалось выбросить из головы постоянно возникающую в мозгу картину: вышедшая из себя Палома лежит на мне и крепко сжимает мои руки. И тем не менее, я любила Палому за все то хорошее, что она дала мне за несколько месяцев наших отношений, и желала ей только добра.
Но самое худшее случилось в воскресенье утром. “Непонятые” встречались в “Констанции”,
чтобы распланировать школьную неделю. Пришли все, кроме Альбы. Напряжение могло возникнуть сразу на нескольких фронтах. Валерия все еще ничего не сказала Раулю и не делала тест на беременность. Она казалась обеспокоенной и почти не разговаривала. Наш треугольник – Альба, Бруно и Эстер – вообще не разговаривали между собой. Они не ругались, а все это время просто не замечали друг друга. Это была своего рода холодная война между ними троими.
Еще одна война, менее холодная и более открытая, велась между мной и Бруно. Каждый его 
взгляд напоминал мне, что он очень зол на меня за мое поведение. Не знаю, что рассказала ему Палома, но если и нужно было на кого-то злиться, так это на нее.
Когда собрание закончилось, Бруно попросил меня пойти вместе с ним, заявив, что ему нужно 
поговорить со мной. Я согласилась, и мы вместе пошли домой.
- Палома мне все рассказала, – сказал он мне, когда мы отошли от остальных.
- И что же она тебе сказала.
- Правду.
- И что это за правда?
Я сомневалась, что Палома рассказала Бруно обо всем именно так, как это происходило на самом деле. Но нет, то, что поведал мне Бруно во многом соответствовало случившемуся. Палома не обманывала его, она не скрывла важные, обвиняющие ее подробности. Это свидетельство искренности удивило меня и в то же самое время заставило понять, что моя бывшая девчонка еще сохраняла здравый смысл.
- Как видишь, не составляло труда узнать, что она вела себя не лучшим образом.
- И зная это, ты продолжаешь ее защищать?
- Да, защищаю, – уверенно ответил Бруно. – Я знаю, каково тебе, когда тебя отталкивают. Это очень больно, но я не представляю, каково тебе, когда человек, которого ты любишь, ни с того ни с сего бросает тебя.
- То же самое у тебя случилось с Альбой.
- Нет, у нас с Альбой все было по-другому, это совершенно разные истории.
- Если ты так говоришь...
Упоминание об Альбе и окончании их романа взволновало Бруно, но обе истории были схожи, а может, это только мне они казались похожими.
- Мы говорим не обо мне и Альбе, – уже спокойнее заметил Бруно, – а о тебе и самой лучшей в твоей жизни девчонке. Лучше тебе не найти.
- Как сказать, Бруно, ты же этого не знаешь.
- Знаю, еще как знаю.
- Ладно, как скажешь, но я не хочу опять говорить об одном и том же. Я уже объяснила и тебе, и Паломе, что я не влюблена в нее, и что наши отношения закончились. За-кон-чи-лись. Я не хотела этого, но я не могу управлять чувствами.
В знак несогласия мой друг осуждающе покачал головой и недовольно скривил губы. Бруно сомневался, говорить ли мне то, что он держал в секрете, но все же решил сказать.
- Как-то на днях Палома сказала мне, что не хочет жить без тебя.
- Так всегда говорят после разрыва, Бруно, но это преувеличение.
- Палома говорила серьезно.
- В ее состоянии много чего говорят...
- Она сказала мне это, когда мы общались по скайпу. Палома сидела перед камерой с ножом в руке и передо мной несколько раз очень решительно провела им по руке. Она хотела изрезать себе руку.
Услышав это из уст Бруно, я похолодела. Это было еще хлеще того, что она сделала раньше. Паломе решительно было плохо, ей надо было снова лечиться.
- Она порезалась?
- Нет, я уговорил ее не совершать ошибку, но я не знаю, не сделает ли она это снова.
- Ей срочно нужно пойти к психологу!
- Она не больна и в здравом уме, с головой у нее все в порядке. Она излечилась от своей болезни, и уже давно не занимается самоистязанием...
- Бруно, ей нужен врач. Неужели ты этого не видишь?
- Возможно, но если она такая, то только потому, что слишком тебя любит. Она уже не может без тебя. Расставание с тобой убивает ее изнутри.
- Нет ни одного разумного повода и ни одной причины для того, чтобы кто-то хотел изрезать себе руки.
- Если врач или психолог узнают, что она пыталась сделать, ее снова запрут в больнице. А она этого не вынесет. Палома ненавидит больницы, – тихо, но с большой тревогой сказал Бруно. – На самом деле она здорова, а это всё из-за тебя, и только из-за тебя. Неужели ты не понимаешь?
Вся ответственность взваливалась на мои плечи, а я не была к этому готова. С этой минуты в моей голове поселилась резкая колющая боль, отдающая прямо в лоб. Я оказалась права, думая, что Палома захочет причинять боль самой себе. Очень тяжело узнать и принять такую важную новость.
- Понимаю, но что я могу поделать?
- Палома тебя любит, и ты тоже ее любишь. Если ты вернешься к ней, она станет прежней Паломой, такой, как всегда. Той девушкой, в которую ты влюбилась, и которая, в некоторой степени, покорила и меня тоже.
- Но я не люблю ее, Бруно. Я не могу быть с человеком только из жалости.
- Это не только жалость.
- Именно жалость. Пойми, если бы я встречалась с ней, то только из жалости, а это было бы неправильно для всех.
В слово “всех” я включила также и Лауру, и, по-моему, судя по реакции и недовольному лицу, Бруно это почувствовал. Наверняка Палома рассказала ему о своих подозрениях по поводу моих отношений с новой подругой. Именно с Лаурой я разговаривала вчера вечером, хотя я ничего не рассказала ей о том, что произошло у меня дома. Я не хотела тревожить ее, а также не хотела, чтобы она давала мне советы о том, что делать с Паломой. Мы и так по уши увязли в этой истории, чтобы впутывать в нее еще и Лауру.
- Почему бы тебе не дать ей месяц или хотя бы пару недель? Если не получится, значит, не получится, но ты, по крайней мере, попытаешься. Это сделает тебе честь как подруге, как человеку и как ее девчонке. Ну или бывшей девчонке.
- Это значило бы врать Паломе, себе самой и терять время.
- Возможно, но тогда, даже если ничего не выйдет, это уже не будет неожиданностью. Я считаю, что если через несколько дней Палома поймет, что у вас ничего не сложится, она воспримет это иначе.
Я была полностью не согласна с тем, что говорил Бруно. Я думала, что сколько бы времени ни прошло – четыре дня, две недели или три месяца – Палома воспримет наш разрыв так же тяжело, как сейчас. Я не могла вернуться к ней, как бы ни было мне больно оттого, что это из-за меня Паломе так плохо, что она едва не попыталась порезать себе руки.
- Мне жаль, Бруно. Но я не стану этого делать.
- Мери, если ты этого не сделаешь, Палома...
- Не настаивай... пожалуйста. Я больше не люблю Палому как девушку, и это окончательно и бесповоротно.
Бруно остановился и оглядел меня снизу доверху. Я знала, что ничего хорошего он обо мне не думает, даже если ничего и не сказал вслух. Бруно развернулся и, не попрощавшись, пошел в другую сторону. Несколько секунд я стояла, не шелохнувшись, пока не поняла, что в эту минуту я, возможно, потеряла друга.
Когда я пришла домой, у меня жутко разболелась голова. Несколько дней я жила в постоянном напряжении. Я легла на кровать и закрыла глаза, но уснуть мне не удалось. В полдень я немного поела, но и после этого сон не пришел ко мне. С каждой минутой мне становилось все хуже, и я подумала, что всё еще больше запуталось и усложнилось. Пропасть оказалась глубже, а падение еще более адским. Насколько? Там видно будет...
Поскольку заснуть я не могла, то села перед компьютером на новый стул, купленный мамой. По правде говоря, он был гораздо удобнее сломанного. Я вошла на свои странички в интернете и просмотрела последние сообщения. Ничего важного, кроме послания Лауры в твиттере. Я задумалась над присланным ею изречением: “Может, то, что мы делаем, не всегда приносит счастье, но если ничего не делать, то счастья не будет”.
Я стала искать в гугле, чьи это были слова, и тут же нашла ответ: Альбер Камю. Я перечитала их несколько раз и нашла их связь со мной. В последнее время я делала много вещей, которые не принесли мне счастья, хотя все они имели за собой определенную и вполне осознанную причину. Возможно, в данных обстоятельствах счастье проходило мимо меня, и тем не менее, сидя на новом стуле, мне приходилось снова и снова задавать себе вопрос: “была ли я действительно счастлива в эту минуту?” Я знала ответ, и мне не нужен был гугл, чтобы найти его.