Nieves Hidalgo - Angel Negro 27

Ньевес Идальго - Черный Ангел. Глава. 27

Port Royal. Semanas antes del abordaje a la flota inglesa

Un sujeto aguardaba en el garito, a la espera de un contacto que acababa de entrar con retraso.
En aquel tugurio era difícil que encontrara a ningún conocido, pero le desagradaba demasiado
permanecer allí. Cuanto antes acabara con la entrevista, antes se marcharía.
Su cómplice era un tipo moreno y alto, de rostro enjuto y atractivo, vestido de oscuro. Tomó
asiento en un taburete frente al suyo, se quitó el sombrero y lo dejó a un lado de la mesa.
– Nos vemos de nuevo, amigo mío.
Edgar Colbert se removió inquieto. Sí, se veían de nuevo y no le hacía la menor gracia. Algo
más de tres años atrás había hecho un trato con aquel hombre que le resultó fructífero, pero no
lograba evitar un incómodo desasosiego cuando estaba junto a él.
Recordó en un segundo aquella lejana transacción: un barco español, un chivatazo, un ataque por
sorpresa… y unas ganancias que había dilapidado con rapidez. Por eso acudía de nuevo a su llamada.
Aunque le desagradaban sus aires de grandeza, intuía que podía haber más dinero…
– Parece que no soy bien acogido -deslizó el recién llegado, haciéndole señas a una camarera
que acudió presurosa-. Ron, preciosa.
– No -se apresuró a decir Colbert-. Quiero decir que no es eso, De Torres -rectificó con
nerviosismo-. Mi padre murió hace sólo dos días y aún no me he recuperado.
– Lo siento -dijo con voz grave el español-. Pero entiendo que, para usted, los negocios siguen
siendo prioridad.
– Siempre lo han sido. Pero ahora no dispongo de mucho tiempo libre, como se imaginará. He
de hacerme cargo de una hacienda. Y no paso por un buen momento económico, aunque estoy a
punto de resolver ese pequeño escollo.
– Obtuvo jugosas ganancias con el asunto del buque Castilla. Yo le hacía nadando en la
abundancia.
Colbert hizo un gesto vago con la mano. Iba a responder, pero la camarera se acercó con la
bebida que había pedido y dos vasos que dejó de golpe sobre la madera, mientras Edgar aprovechaba
para pensar cómo decirlo de forma que el otro no creyera que estaba en la ruina. Si lo averiguaba,
perdería en un hipotético regateo. Sin embargo, necesitaba dinero con urgencia. Había malgastado en
el juego no sólo los ingresos de aquel asunto, sino parte de la fortuna de su padre. Eso había sido la
causa de la muerte del viejo carroñero, porque su cansado corazón no soportó ver a cuánto ascendían
las numerosas deudas cuando le presentaron los pagarés a los que debía hacer frente. A Edgar le
importaba un ardite su muerte. A fin de cuentas, su padre siempre lo humilló, lo menospreció, lo trató
como a un perro faldero, escatimándole el dinero que le correspondía por derecho. Al que amó
como a un hijo de verdad fue a su hermano, desaparecido a manos españolas. Él siempre ocupó un
segundo plano. O un tercero. Porque «Promise» había sido para Sebastian Colbert como otro hijo
más.
De modo que bien muerto estaba el muy cabrón. Que descansara en paz en el infierno.
– Tengo que cobrar unas deudas, pero no será hasta dentro de un par de meses. Y «Promise»
vale una fortuna, así que conseguiré avales para un préstamo sin problemas. Tal vez la venda.
Omitió comentar lo que decía la lectura del testamento, que se había llevado a cabo aquella
misma mañana. Aún se lo comía la rabia al recordarlo. El viejo lo había dejado sin nada. ¡Sin nada!
¡Y había declarado heredera universal a aquella puta que se le enfrentó desde el momento en que pisó
la casa! Claro que, habiendo partido ya de Jamaica, su prima desconocía la muerte de Sebastian y su
última y podrida voluntad. Aún le quedaba una carta que jugar.
– ¿Tiene pensado deshacerse de la hacienda?
– No me encuentro demasiado cómodo vigilando esclavos. Y no tengo intenciones de
consumirme en esta isla, quiero viajar a Inglaterra. Y ahora, dígame por qué ha venido.
Daniel de Torres se lo tomó con calma. Sirvió de nuevo, llenando los vasos hasta el borde y se
bebió el suyo de un trago. Era ron de mala calidad, pero calentaba las tripas.
– Sabotear otro barco. Yo le pasé información sobre la ruta secreta del Castilla, y nos reportó
buenos dividendos -contestó el español-. Pero la vigilancia de las naves se ha intensificado; el
dichoso rey de España no quiere perder más barcos, y mucho menos su oro. ¿Hasta dónde aprecia
usted los navíos de su graciosa majestad?
La insinuación alertó a Edgar. ¿Traicionar a su país? Era cierto que, cuando colaboró con Daniel
de Torres, el botín había sido importante y su parte sustanciosa. Pero se trataba de un barco español y
él había pasado la información a los suyos para que lo abordasen, eliminaran a buena parte de la
tripulación y requisaran el cargamento. Ahora, sin embargo, De Torres hablaba de dar información
sobre sus propias naves.
– Déjeme pensarlo.
– Que sea pronto. Hay rumores sobre un barco cargado hasta las velas y quiero información
rápida.
– Tres -contestó Colbert casi sin darse cuenta. Los ojos del español se achicaron y él supo que
no había marcha atrás; su maldita lengua y su ruina económica en beneficio de su prima, que lo
heredaba todo, lo habían puesto en el disparadero. Tenía la oportunidad de solucionar sus problemas
de un plumazo-. Digamos que por medio hay mitad negocios, mitad asuntos personales.
De Torres se envaró y sus largos dedos jugaron con el vaso vacío. «Tres navíos», pensó. No
estaba mal, podía resultar una jugada completa.
– Me importan poco sus motivos, Colbert. Le escucho.
Edgar eligió las palabras. La fortuna se le presentaba otra vez y no pensaba dejarla escapar. El
obstáculo que había supuesto su padre ya no existía. Sólo le faltaba eliminar a Kelly y «Promise»
pasaría a sus manos. La muy zorra tendría que pagar. Ojalá fuera pasto de los tiburones. O vejada por
los piratas, vendida en cualquier antro o, mejor, muerta.
– ¿Qué necesitaría saber?
El español no se anduvo por las ramas.
– Todo lo que pueda proporcionarme. Fechas, itinerario, escalas. Cargas de los barcos, dotación
de armas, tripulaciones. Cuanto más sepamos, más fácil será el trabajo y mayor nuestra garantía de
cobro. Y cuanto antes me marche de la isla, mejor.
– Lo comprendo. Aquí los españoles no son bienvenidos.
– Me hago pasar por un austriaco con ganas de ver mundo, no se preocupe por mi seguridad.
Hábleme de los navíos ingleses.
Edgar no se calló nada, informándolo de los nombres, el destino y la ruta de las tres naves y
haciendo hincapié en que en el Spirit of sea viajaba una mujer a la que no quería volver a ver. De
Torres lo anotó todo mentalmente.
– Puede darla por desaparecida -aseguró-. Y ahora, hablemos del otro asunto: necesito datos de
algunas personas. Usted vive aquí y las conoce bien. -Colbert entrecerró los ojos-. Cuando tenga lo
que quiero, avíseme.
Sacó un papel de su chaqueta y lo deslizó sobre la superficie de la mesa. Edgar lo desdobló y le
echó un vistazo: había escritos siete nombres, pero fue el primero el que le llamó la atención.
– ¿Qué ganaré proporcionándole esta información adicional?
– Dinero adicional, por supuesto. ¿No es eso lo que lo mueve a traicionar a sus compatriotas?
Edgar se tragó el menosprecio y preguntó:
– ¿Por qué estos hombres? No tengo nada contra ellos.
– Alguien está interesado en que -señaló el papel– pasen a mejor vida.
– ¿Está hablándome de asesinatos?
– Llámelo como quiera. Yo prefiero decir que se trata de un traspaso de poderes.
– ¿Quién está detrás de todo esto? Aunque supongo que no piensa contestarme.
– ¿Por qué no? Somos socios, ¿verdad? -asomó el sarcasmo que tanto intrigaba a Colbert-. Se
trata de personas influyentes en su propio país. Pero entenderá que no le dé nombres.
– Si son ingleses… ¿por qué contratarlo a usted? ¿Por qué no encargarle a un compatriota este
oscuro asunto?
Daniel de Torres dejó escapar una apagada risa.
– Contactos, amigo. Y yo los tengo hasta en el infierno. Recuerde el buque Castilla. Antes,
españoles, ahora, ingleses. Yo me muevo por dinero. Y, como en su caso, a veces por cuestiones
personales.
– Entiendo.
El español hizo una pausa para ponerse bien las chorreras de la camisa, un poco para pensar,
otro poco para ver la reacción de su interlocutor. Era evidente que estaba muy nervioso, se diría que
sobre ascuas.
– Necesito conocer cada paso del gobernador y su camarilla. Dónde se reúnen, qué preferencias
sexuales tienen, qué garitos frecuentan, sus vanidades… Absolutamente todo.
– Para eso no me necesita. Cualquiera en la isla podía decirle lo que quiere saber.
– Sí, pero a cualquiera le extrañaría que indagara sobre tales nombres. El gobernador teme algo,
y no desean alertarle. Usted se relaciona con ellos, por eso lo he elegido. Y le aseguro que, después
de que esto acabe, usted será un hombre muy rico. Mis clientes pagan bien.
Colbert asintió pensativo. «Promise» y los esclavos valían una fortuna y, además, en poco
tiempo recibiría su parte del abordaje de los tres barcos que se dirigían a Inglaterra. Con ello tendría
más que suficiente y lo de la política… le interesaba muy poco. ¿Quién le aseguraba que dicho…
cambio de poderes saldría bien? ¿Y si descubrían que había tomado parte en el complot? Podría ser
ahorcado sin proceso.
– Esto es demasiado para mí, De Torres.
– Puede hacerlo. Piénselo.
Daniel se levantó, dejó unas monedas sobre la mesa y se inclinó hacia Colbert.
– Me alojaré en el Loro Rojo. Me hago llamar Haarkem. Envíe una nota cuando tenga lo que
quiero y nos volveremos a encontrar aquí mismo.
Edgar temblaba de impotencia porque el jodido español ni siquiera le dejaba la opción de
negarse. ¡Qué bien lo conocía! ¡Cómo sabía que haría cualquier cosa por dinero! Y, por otro lado,
¿por qué no intentar sacar una buena tajada? La escoria de su padre le había dejado solamente unos
miserables caballos y tres carruajes que ya necesitaban reparación. Se enfureció al recordar la voz
átona del maldito abogado al leer la última voluntad del viejo. Había salido del despacho con el
corazón desbocado. Pero si nada se torcía, estaba a un paso de eliminar a su prima y quedarse con
todo; el letrado no sería difícil de silenciar.
Se obligó a olvidar al deleznable desgraciado que le había dado la vida y bebió directamente de
la botella, centrando sus pensamientos en el trabajo que tenía por delante. Era comprometido tomar
cartas en aquella partida. Demasiado comprometido. Sin embargo, no podía negarse a colaborar,
porque intuía que Daniel de Torres era aún más peligroso que una soga alrededor del cuello.
Veinticuatro horas después, enviaba su recado al Loro Rojo.

Порт- Ройал. За несколько недель до нападения на английский флот.

Какой-то человек сидел в игорном доме в ожидании назначенной встречи. В этой трущобе было трудно встретить кого-то из знакомых, но посетителю не хотелось находиться здесь слишком долго. Тот, кого он ждал, изрядно запаздывал, но, наконец-то, вошел в дом. Это был смуглый, высокий человек с худощавым лицом, одетый во все темное. Он сел на табурет напротив ожидавшего, снял сомбреро и положил его на край стола.
- Вот мы и встретились снова, дружище.
Эдгар Колберт тревожно дернулся. Да, они встретились снова, но это не доставляло ему ни малейшего удовольствия. Года три назад он провернул довольно прибыльное дельце с этим человеком, и, тем не менее, находясь рядом с ним, он не мог отделаться от чувства неловкости и беспокойства.
Колберт мгновенно вспомнил ту давнишнюю сделку: испанский корабль, нужная информация, неожиданное нападение... и кое-какая нажива, в мгновение ока растранжиренная. Потому-то он и позвал снова этого типа. Хоть Эдгару и не по душе был напыщенный и величаво-важный вид этого субчика, но он носом чуял, что здесь могло пахнуть большими деньгами...
- Похоже, меня тут не слишком-то радушно встречают, – обронил только что пришедший, подавая знак спешащей к нему подавальщице. – Ром, красотка.
- Нет, – торопливо ответил Колберт. – Я не это имею в виду, де Торрес, – нервно поправился он. – Всего два дня назад умер мой отец, и я еще не оправился от этого.
- Мои соболезнования, – глухо сказал испанец, – но, как я понимаю, дела для Вас на первом месте.
- Так было всегда, но сейчас у меня не так много свободного времени, как может показаться. Поместье теперь лежит на моих плечах, и в данный момент у меня далеко не лучшие времена в смысле финансов, но я вот-вот преодолею это незначительное затруднение.
- С делом корабля “Кастилия” я наварил неплохой барыш и пожил, купаясь в роскоши.
Колберт неопределенно махнул рукой, собираясь ответить, но к ним подошла подавальщица с заказанной выпивкой и двумя стаканами. Пока она расставляла на столе стаканы и ром, Эдгар раздумывал, как половчее ответить, чтобы собеседник не счел, что он на мели. Если тот прознает об этом, то резко снизит цену на предполагаемых торгах, а Эдгару позарез нужны были деньги, и срочно. Он почем зря промотал в игре не только барыши с того дела, но и часть отцовского состояния. Именно это и послужило причиной смерти старого стервятника: его уставшее сердце не выдержало, когда он увидел, сколь велики долги, которые он должен оплатить по представленным ему долговым распискам. Смерть отца была для Эдара не важнее ломаного гроша. Как-никак, отец всегда презирал и унижал его, обращался с ним, как с какой-то собачонкой, жалел для него денег, которые причитались ему по праву. Кого он по-настоящему любил, так это брата, сгинувшего от рук испанцев. А он, Эдгар, всегда был на втором плане, если не на третьем, потому что поместье “Подающая надежды” была для Себастьяна Колберта еще одним сыном.
Как бы то ни было, а смерть этого ублюдка была как нельзя кстати. Пусть себе покоится с миром в аду.
- Мне должны вернуть долги, но не раньше чем через пару месяцев, да и “Подающая надежды” стоит целое состояние, так что я без проблем добьюсь поручительства для ссуды. Возможно, я продам поместье.
Колберт ни словом не заикнулся о том, что говорилось в завещании, которое было прочитано тем же самым утром. При воспоминании об этом Эдгара до сих пор снедала ярость. Старикашка оставил его без гроша. Ни с чем! Он сделал универсальной наследницей эту шлюшку, которая спорила с ним с той самой секунды, как вошла в дом! Конечно, сестричка уже убралась с Ямайки и не знает о смерти Себастьяна и его проклятой последней воле, так что у него еще осталась неразыгранная карта, чтобы потягаться с ней.
- Вы подумываете избавиться от поместья?
- Я нахожу не слишком выгодным занятием присматривать за рабами. К тому же, я не намереваюсь изнывать и хиреть на этом острове. Хочу поехать в Англию. А теперь, ответьте мне, почему Вы пришли?
Даниэль де Торрес спокойно выпил ром и налил еще. Наполнив стаканы до краев, он осушил свой одним глотком. Ром был скверный, но согревал, пробирая до кишок.
- Чтобы напасть на другой корабль. Я предоставил Вам информацию о секретном маршруте “Кастилии”, и мы неплохо поживились, – ответил испанец, – но охрана кораблей усилилась. Этот треклятый король Испании больше не желает терять корабли, и тем более, свое золотишко. Как вы оцениваете корабли его Светлейшего Величества?
Этот недвусмысленный намек насторожил Эдгара. Предать страну? Правда, при сотрудничестве с Даниэлем де Торресом улов был солидный, и его часть добычи была весомой. Но тогда речь шла об испанском корабле, Даниэль рассказал о своих, чтобы взять “Кастилию” на абордаж. Они перебили бóльшую часть экипажа и захватили груз. Но теперь Даниэль говорил, чтобы он рассказал ему об английских кораблях.
- Дайте мне подумать.
- Думайте, только побыстрее. Ходят слухи о корабле, нагруженном до самых парусов, и я хочу поскорее узнать о нем.
- О трех, – машинально ответил Колберт, почти не сознавая сказанного. Глаза испанца сузились, и Эдгар понял, что пути назад нет. Проклятый язык, завещание в пользу кузины, унаследовавшей всё, и полное безденежье вывели его из себя. У него появилась возможность уладить все проблемы одним махом. – Скажем так, здесь всего поровну – наполовину торговые дела, наполовину личные.
- Меня мало интересуют ваши мотивы, Колберт. Я слушаю Вас.
Эдгар подбирал слова. Судьба предоставила ему еще один шанс, и он не собирался упускать его. Помехи, которую представлял его отец, больше не существовало. Ему нужно было только убрать Келли, и “Подающая надежды” окажется в его руках. Эта шлюха должна за всё заплатить. Хоть бы она отправилась на корм акулам, или ее захватили пираты и продали в какой-нибудь дыре, а лучше всего, чтобы она была мертва.
- Что Вам необходимо знать?
Испанец не стал вдаваться в лишние подробности.
- Все, что сможете сказать. Даты, маршрут, заходы в порт. Корабельные грузы, вооружение, экипажи. Чем больше мы узнаем, тем легче будет работенка и тем больше гарантия, что мы захватим груз. Чем раньше мы покинем остров, тем лучше.
- Я понял вас. Здесь испанцев встречают отнюдь не с распростертыми объятиями.
- Не беспокойтесь за мою безопасность, я выдаю себя за австрийца, желающего повидать мир. Лучше расскажите об английских кораблях.
Эдгар рассказал собеседнику все, сообщив имена, судьбу и путь следования трех кораблей, и сделав упор на том, что на “Духе моря” плыла женщина, которую ему не хотелось бы снова увидеть. Де Торрес мысленно записывал всё до мелочей.
- Можете считать ее без вести пропавшей, – уверил он Колберта. – А теперь поговорим о другом деле: мне нужны сведения о некоторых людях. Вы живете здесь и хорошо их знаете. – Колберт прикрыл глаза. – Сообщите мне, когда у Вас будет то, что я хочу.
Де Торрес достал из камзола лист бумаги и подтолкнул его к собеседнику. Колберт развернул листок и быстро просмотрел его: на листке было написано семь имен, но первое имя привлекло его внимание.
- Что я получу за эту информацию помимо прочего?
- Деньги, разумеется. Не они ли движут людьми, толкая их на предательство соотечественников?
Эдгар судорожно сглотнул.
- Почему эти люди? – пренебрежительно спросил он. – Я ничего не имею против них.
- Кое-кто заинтересован в том, чтобы эти люди, – указал на листок де Торрес, – отправились к лучшей жизни.
- Вы имеете в виду убийство?
- Называйте это, как хотите, я предпочитаю говорить, что речь идет о переносе полномочий.
- Кто за всем этим стоит? Впрочем, я думаю, Вы мне не ответите.
- Ну почему же? Мы ведь компаньоны, не так ли? – в голосе испанца появился сарказм, который так заинтриговал Колберта. – Речь идет о влиятельных в их стране людях. Но, как Вы сами понимаете, я не стану называть их имен.
- Если это англичане, то почему они наняли Вас?.. Почему не доверили это черное дело своему соотечественнику?
Даниэль де Торрес издал приглушенный смешок.
- Связи, друг мой, дела. Ты мне – я тебе. Вспомните корабль “Кастилия”. Сначала испанцы, теперь англичане. Я кручусь-верчусь ради денег, а иногда, как в Вашем случае, по личным делам.
- Я Вас понимаю.
Испанец замолчал и начал поправлять жабо, отчасти для того, чтобы подумать, отчасти для того, чтобы посмотреть на реакцию собеседника. Было заметно, что англичанин нервничает, чувствуя себя как на раскаленных углях.
- Нужно знать каждый шаг губернатора и всей его клики. Где собираются, с кем спят, какие притоны посещают, насколько тщеславны… Абсолютно всё.
- Для этого я не нужен. Любой на острове мог рассказать Вам то, о чем Вы хотите знать.
- Да, но любого удивило бы, что я разнюхивал что-то о столь именитых персонах. Губернатор боится чего-то, и вышеупомянутые лица не хотят встревожить его еще больше. Вы не имеете к губернатору никакого отношения, поэтому я выбрал Вас. Смею Вас уверить, что после того, как все это закончится, Вы станете очень богатым человеком. Мои клиенты щедро платят.
Колберт задумчиво кивнул. “Подающая надежды” и рабы стоили целое состояние, и, кроме того, скоро он, возможно, получит свою долю от добычи, захваченной с трех кораблей, плывущих в Англию. Этого было бы более, чем достаточно, а политика… политика интересовала его гораздо меньше. Но кто гарантирует, что, как это он сказал… перенос полномочий не выйдет боком? Вдруг узнают, что он принимал участие в сговоре? Его могут повесить без суда и следствия.
- Для меня это чересчур, де Торрес.
- Вы можете это сделать. Подумайте хорошенько.
Даниэль встал, бросил несколько монет на стол и наклонился к Колберту.
- Я поселюсь в “Красном попугае” под именем Хааркем. Дайте мне знак, когда у Вас будет то, что меня интересует, и мы снова встретимся на этом же самом месте.
Эдгар дрожал от бессилия. Этот чертов испанец даже не оставил ему выбора. Как хорошо он знал его! Да, де Торрес отлично знал, что ради денег он сделает все, что угодно! Но, с другой стороны, почему бы не попытаться сорвать изрядный куш? Презренный папаша оставил ему только несколько несчастных лошадей, да три раздолбанные телеги, уже нуждавшиеся в починке. Колберт пришел в ярость, вспомнив монотонный голос проклятого адвоката, читавшего последнюю волю старика. Из кабинета адвоката Эдгар выходил с упавшим сердцем. Не пойди все прахом, он был бы в шаге от того, чтобы устранить кузину, и завладеть всем, а заставить адвоката помалкивать было бы нетрудно.
Эдгар заставил себя забыть об этой временной неудаче, преподнесенной жизнью, и хлебнул рома прямо из бутылки, сосредоточив свои мысли на предстоящей работе. Влезать в это дело было крайне неприятно, однако, он не мог отказаться от этого сотрудничества, потому что носом чуял, что Даниэль де Торрес был опаснее веревки вокруг шеи.
Спустя сутки, Эдгар отправил сообщение в “Красный попугай”.

tener (amigos) hasta en el infierno – ты мне – я тебе