Blue Jeans - ¿Puedo soñar contigo? #29

Блю Джинс. "Можешь мне присниться?" Глава 29. Четверг

 

 

 

Su intención era irse a dormir pronto y olvidarse de todo por hoy. Sin embargo, Valeria, al final,
hasta ha cenado con su madre, Ernesto y Meri. Los cuatro han compartido una ensaladilla rusa y unos
filetes de pollo empanados que la mujer ha subido preparados de la cafetería. Mara ha decidido
tomarse la noche libre y pasarla con su familia. Sin embargo, sólo ella y su marido han hablado
durante la velada. María casi no ha pronunciado palabra y Val se ha dedicado a responder con
monosílabos las preguntas que le hacían.
—Os toca fregar a vosotras —comenta Mara, poniéndose de pie y dándole un beso a su marido en
la cabeza.
—¿Otra vez? Me paso la vida fregando —protesta su hija—. Cuando no es en Constanza es aquí.
—Es tu obligación echar una mano.
—¿Y no lo hago?
—Cuando te apetece...
La chica no quiere discutir. No le apetece una bronca con su madre ahora mismo. Ya ha tenido
bastante por hoy. Además, Meri ya se ha marchado a la cocina con varios platos en las manos y lo ha
hecho sin rechistar. No va a quedar ella como la vaga de la casa.
—¿Tú lavas y yo seco? —le pregunta a la pelirroja, agarrando un paño azul y blanco.
—Vale.
Las dos se ponen manos a la obra. No se dicen nada durante unos minutos, sólo se escucha el
ruido del agua y el de los cacharros al colocarlos en los armarios. Entre ambas existe abundante
tensión acumulada que no pueden evitar.
—No tenías que haberle abierto a César —señala por fin Valeria, al tiempo que seca uno de los
vasos.—
¿Por qué?
—Porque no.
—¿Y qué querías que hiciera? ¿Dejarlo tirado en la calle?
—No lo sé. Pero por lo menos podías haberme preguntado si quería verle o no.
María enjuaga un plato y se lo entrega de malas formas a Valeria. Ésta lo coge con fuerza y lo
seca con brío.
—Yo no voy a entrar en los problemas que tienes con los tíos. Si veo que un chico está en la calle
y quiere entrar en mi casa, lo dejo entrar.
—Es que ésta no es tu casa.
—Hablaba en general. Ya sé que ésta no es mi casa, pero muchas gracias por recordármelo.
—Creo que a veces se te olvida.
—A ti también se te olvida que aquí vive mi padre. Y vive aquí porque está casado con tu madre.
—Bah. El caso es que no deberías haberle abierto a César.
—¿Tienes miedo de que se entere Raúl? Porque no le has dicho nada, ¿verdad?
Valeria deja de secar el vaso y repasa con la mirada a María. No está nada conforme con lo que
acaba de preguntarle. ¿Quién es ella para inmiscuirse en la relación con su novio?
—No le he dicho nada porque está en Valencia y no quiero fastidiarle el viaje. Pero en cuanto
regrese se lo contaré.
—No sé si deberías.
—¿Por qué? Entre nosotros ya no hay secretos.
—Le harás daño. Pero tú sabrás.
¿Es mejor hacer daño a una persona contándole la verdad o no dañarla ocultándosela? No está
completamente segura de lo que tiene que hacer. También existe la posibilidad de que se entere por
terceros o de rebote. En ese caso, sería mucho peor. De cualquier forma, hasta el sábado no hablará
con él sobre el tema. Si es que finalmente lo hace.
De nuevo, silencio entre las dos. Es difícil para ambas dialogar sin sentirse molesta con la otra.
Así que en cuanto terminan de fregar, Val se marcha a su habitación y Meri se dirige al salón junto a
su padre y Mara.
Cuando la chica pelirroja entra, su padre está sentado en el sofá y sostiene el teléfono con una
mano. Se lo queda mirando y él le pide que se acerque.
—Es tu madre —le indica, tapando el auricular.
—¿Y qué quiere?
—Pues... le gustaría saber... qué relación tienes exactamente con una tal Paloma.
—¿Paloma? ¿Le ha pasado algo?
—No. A ella no. Pero por lo visto su madre se ha puesto muy nerviosa cuando se ha enterado de
que sois novias.
Unos minutos antes...
—No entiendo por qué tengo que quedarme esta noche aquí —dice Paloma, sentada sobre el
colchón, rodeando con los brazos sus rodillas.
—Porque lo ha dicho el médico —insiste su madre, que se lo ha repetido una vez tras otra—. Si
no te metieras en líos, no tendrías estos problemas.
—Han sido ellas, mamá. Esta vez no tengo culpa de nada.
—Esta vez...
—Y las otras tampoco. Yo sólo me defiendo.
—No entiendo qué les has hecho a esas chicas para que te traten de esa manera.
—Nada.
—Algo te habrá pasado con ellas. ¿Por qué nos lo ocultas?
Paloma resopla y mira hacia otro lado. Siempre terminan hablando de lo mismo. Aunque en esta
ocasión todo se ha agravado. Está en el hospital y debe pasar la noche ingresada allí.
—¿Me das mi móvil?
—El doctor te ha dicho que trates de descansar lo máximo posible y que no uses mucho el
teléfono.
—Sólo voy a enviar un WhatsApp.
—¿A quién?
—¡Qué más te da! —exclama Paloma nerviosa—. Eres como una policía; tú y papá siempre me
estáis controlando todo.
—Sólo queremos lo mejor para ti.
—Lo mejor para mí ¿no es lo que quiera yo y me haga feliz?
—No. Eso se llama ser una caprichosa —indica tajante la mujer—. Toma tu teléfono. Pero date
prisa, debes descansar.
—Estoy más que descansada. ¡Lo que quiero es un filete con patatas y marcharme de esta cárcel!
—De momento, conténtate con enviar ese mensaje.
La joven continúa protestando en voz baja. Aunque le duela la cabeza en algunos momentos, no
se encuentra tan mal como para permanecer allí toda la noche. Paciencia, no le queda otra. Por lo
menos tiene el teléfono para mandarle un WhatsApp a su chica.
Ni te imaginas cuánto odio estar aquí encerrada. ¿Sabes qué me gustaría? Escaparme contigo a la sala del grito y chillar
mucho. Como una loca hasta quedarnos sin voz. Sin que nadie nos moleste ni nos fastidie. Siento haberos estropeado la tarde a
Ester y a ti. Prometo recompensaros algún día.
—¿Ya has acabado? —pregunta Nieves, acercándose de nuevo hasta su hija.
—No, espera un segundo.
La proximidad de su madre la incomoda, y tapa la pantalla del móvil con la mano para que no vea
nada. Manda el WhatsApp anterior y escribe un segundo y último, mucho más corto.
Buenas noches. Estoy muy enamorada de ti. Te quiero muchísimo.
Antes de terminar el mensaje y enviarlo, un fuerte dolor le sacude otra vez la cabeza. Deja el
móvil sobre la cama un instante y se aprieta las sienes con las manos.
—¿Qué te ocurre?
—Nada, mamá. Estoy bien.
—No me mientas. ¿Te duele la cabeza?
—No, sólo es... un pequeño pinchazo. Ya estoy bien.
Pero justo cuando el dolor se desvanece y va a alcanzar su teléfono para completar el WhatsApp,
su madre contempla con asombro el mensaje que estaba a punto de mandar. No consigue ver el
destinatario al que va dirigido pero sí parte del texto.
—¿Y esto? ¿A quién quieres? ¿Qué significa ese mensaje, Paloma?
—Nada que te importe —responde la joven, escondiendo el móvil bajo la almohada.
—No me hables así —la regaña Nieves enfadada—. ¿Por qué le has escrito a alguien que estás
enamorada de él?
—¡Eso es sólo asunto mío!
—¡Paloma, no me grites!
—¡Y tú no te metas en mis cosas! —exclama, alzando todavía más la voz.
El grito le provoca otro gran pinchazo en la parte de atrás de la cabeza. No se siente muy bien.
—Soy tu madre. Tengo derecho a saber esas cosas —indica más calmada, tras unos segundos de
nerviosismo—. ¿Quién es el chico?
—No quiero decirte nada. Me vas a echar la bronca.
—No voy a hacerlo.
—¡Sí lo harás! ¡Tú no lo comprendes!
—Cariño, todos hemos creído estar enamorados cuando somos adolescentes. Pero son
sentimientos muy confusos. El amor real es para chicos más mayores. Tú sólo tienes quince años.
—Ya no soy una niña. Puedo enamorarme perfectamente.
—No sabes lo que dices. Ay, Dios mío. Cuando se entere tu padre. ¡Qué disgusto! ¿Quién es el
chico?—
¡No te lo pienso decir!
—¿No será un aprovechado de esos de Internet? ¿Es muy mayor?
—¡Déjame ya! ¡Me duele la cabeza!
—Es eso, ¿no? Te pasas el día delante del ordenador. Mira que me lo decía tu padre. Y yo como
una ingenua pensaba que era para cosas del instituto. ¿Te has echado un amor de esos cibernéticos?
—¡No es asunto tuyo!
—Dime quién es, por favor. Necesito saberlo.
—¡No!
—¡Es por tu bien! ¡Tu padre y yo necesitamos saber que...!
—¡Olvídame ya! —grita, interrumpiéndola—. ¡Me va a estallar la cabeza!
—¡Pues dime de quién crees que te has enamorado!
—¡Que no! ¡Vete!
—¡No puedo irme sin saberlo! ¡Es por tu bien! ¿No lo comprendes?
—Lo que no comprendes tú es que no es asunto tuyo ni de papá. ¡Es mi vida y siempre os estáis
metiendo en ella!
—¡Porque nos importas!
—¡Mentira! ¡Te odio!
—¡No me hables así!
—¡Es la verdad! ¡No me dejas ni respirar!
—¡Basta ya, Paloma! ¡Dime quién es ese chico de una vez!
—¡No es un chico! —grita Paloma, fuera de sí, lanzando la almohada contra el suelo—. ¡Es una
chica! ¡Y se acaba de ir hace un rato de aquí!

Желанием Валерии было пойти и пораньше лечь спать, забыть о сегодняшнем дне, но вместо этого дело закончилось ужином с матерью, Эрнесто и Мери. Они разделили на четверых салат “оливье” и несколько кусочков куриного филе в панировке, которые женщина принесла из кафе уже готовыми. Мара решила устроить себе свободный вечер и провести его с семьей, однако на протяжении всего вечера разговаривали только они с мужем. Мария почти все время молчала, произнеся за ужином едва ли несколько слов, а Вал лишь односложно отвечала на заданные ей вопросы.
- Уборка за вами, – объявляет Мара, вставая, и целует мужа в голову.
- Что, опять? Да я всю жизнь провожу за уборкой, – возмущается дочь, – только и делаю, что убираюсь; если не в кафе, то здесь.
- Помогать – это твоя обязанность.
- А я что, не помогаю?
- Помогаешь, когда тебе хочется...
Вал не хочет спорить и ругаться с матерью прямо сейчас. Сегодня у нее и без того было достаточно всего, к тому же Мери без всяких возражений уже ушла на кухню с тарелками в руках. Не будет же она самой ленивой в доме.
- Ну что – ты моешь, я вытираю? – спрашивает она рыжульку, беря бело-голубое полотенце.
- Идет.
Не говоря больше ни слова, девчонки молча засучивают рукава. Несколько минут слышен только шум воды и звук убираемой в шкаф посуды. Вал и Мери не в силах ничего поделать с накопившимся между ними напряжением.
- Ты не должна была открывать Сесару, – роняет, наконец, Валерия, вытирая одну из кружек.
- Почему?
- Потому что нет.
- А что бы ты хотела? Оставить его на улице?
- Не знаю, но по крайней мере, ты могла бы спросить меня, хочу я его видеть или нет.
Мария споласкивает тарелку и небрежно протягивает ее Валерии, та выхватывает несчастную тарелку из рук сводной сестры и с силой трет ее полотенцем.
- Послушай, я не собираюсь влезать в твои проблемы с парнями. Если я вижу на улице парня, который хочет войти в мой дом, я его впускаю.
- Это не твой дом.
- Вообще-то, мы уже говорили об этом. Я знаю, что это не мой дом, но огромное спасибо тебе за то, что напомнила.
- Я думаю, что иногда ты об этом забываешь.
- Ты тоже забываешь, что здесь живет мой отец. И живет он здесь потому, что женился на твоей матери.
- Черт! Ты не должна была пускать Сесара, и в этом все дело.
- Ты боишься, что об этом узнает Рауль? Ты ведь ему ничего не сказала, так?
Валерия перестает вытирать кружку и смотрит на Марию. Ей не нравятся только что заданные вопросы. Да кто она вообще такая, чтобы вмешиваться в ее отношения с парнем?
- Я ничего не сказала Раулю, потому что он в Валенсии, и я не хочу портить ему поездку, но как только он вернется, я ему все расскажу.
- Не знаю, нужно ли это.
- А почему нет? Между нами уже нет секретов.
- Ты причинишь ему боль, и тебе это известно.
Что лучше? Причинить боль, сказав правду или утаить ее, не причиняя боли? Вал не совсем уверена, как ей лучше поступить. Однако есть вероятность того, что Рауль узнает обо всем от третьих лиц или невзначай, и тогда ему будет гораздо больнее. В любом случае, она не станет говорить с ним на эту тему до субботы, если вообще станет говорить.
Девушки снова замолчали. Обе расстроены и раздосадованы, им трудно и неприятно вести дальнейший разговор. Едва покончив с мытьем посуды, Вал уходит в свою комнату, а Мери идет в гостиную к отцу и Маре.
Когда Рыжулька входит в комнату, отец сидит на диване, держа в руке телефон. Отец просит ее взять трубку, и девушка вопросительно смотрит на него.
- Это мама, – поясняет он, прикрыв ладонью трубку.
- Что ей нужно?
- Она хотела бы знать, что за отношения у вас с некой Паломой.
- Палома? С ней что-то случилось?
- Нет, с ней ничего, но судя по всему ее мать сильно разволновалась, когда узнала о том, что вы встречаетесь не только как подружки, что вы – пара.

Незадолго до этого...

- Я не понимаю, почему должна остаться здесь на ночь, – говорит Палома, сидя на кровати и обхватив колени руками.
- Потому что так сказал доктор, – упорно талдычит мать, раз за разом повторяя одно и то же. – Не полезь ты в драку, не было бы теперь этих проблем.
- Они сами начали, мама, в этот раз я ни в чем не виновата.
- В этот раз...
- И в другие тоже, я только защищаюсь.
- Не понимаю, что ты сделала этим девчонкам, что они так обращаются с тобой.
- Ничего.
- Вероятно, что-то у тебя с ними все-таки произошло. Почему ты от нас скрываешь?
Палома вздыхает и отворачивается. Она смотрит другую сторону: вечно их с матерью разговоры заканчиваются одним и тем же, хотя на этот раз все хуже, чем обычно, – она попала в больницу и должна провести ночь здесь.
- Ты дашь мне мобильник?
- Доктор ясно тебе сказал, чтобы ты постаралась как можно лучше отдохнуть, и не пользовалась много телефоном.
- Я только пошлю сообщение.
- Кому?
- Господи, какая тебе разница? – в сердцах кричит Палома. – Ты прямо как полицейский. Вы с папой всегда и во всем меня контролируете.
- Мы желаем тебе добра.
- То есть для меня самое лучшее не то, что я хочу, и что делает меня счастливой, так что ли?
- Да, то, что ты говоришь, называется быть капризной, – резко замечает женщина. – Возьми телефон, но поторопись. Тебе нужно отдыхать.
- Я и так отдохнула выше крыши. Я хочу филе с картошкой и убраться из этой тюрьмы!
- Радуйся! Бери телефон и отправляй свое сообщение.
Девушка продолжает тихо ворчать. Хотя у нее и побаливает время от времени голова, ей не настолько плохо, чтобы проваляться здесь всю ночь. Терпение, терпение – ей не остается ничего другого. Хорошо хоть у нее есть телефон, чтобы послать сообщение своей девушке.
Ты не представляешь, как ненавистно мне находиться здесь взаперти. Знаешь, чего бы мне хотелось? Улизнуть с тобой в комнату криков и вопить, вопить, как чокнутая до потери голоса. И чтобы нас никто не беспокоил, и не мешал нам. Я чувствую, что испортила вечер Эстер и тебе, но обещаю когда-нибудь возместить это.
- Ну что, закончила? – спрашивает Ньевес, снова подходя к дочери.
- Нет еще, подожди секунду.
Близость матери тревожит Палому, и девушка прикрывает экран мобильника рукой. Чтобы мать ничего не увидела. Она быстро отправляет сообщение и тут же пишет второе и последнее, уже гораздо короче первого.
Доброго вечера! Я так люблю тебя. Очень-очень сильно люблю.
Палома не успевает дописать сообщение и отправить его – сильная боль снова пронзает голову. Девушка роняет телефон на кровать и на секунду сжимает ладонями виски.
- Что с тобой?
- Ничего, я в порядке, мама.
- Не ври мне! У тебя болит голова?
- Нет... просто кольнуло немножко. Я в полном порядке.
Именно в тот момент, когда боль отступает, и Палома собирается потянуться за телефоном, чтобы завершить начатое, мать с удивлением просматривает готовое к отправке сообщение. Ей не удается разглядеть адресата, зато она отлично видит часть текста.
- А это еще что такое? Кого это ты любишь? Палома, что означает это послание?
- Тебе-то какая разница? Это тебя не касается, – отвечает девушка, пряча телефон под подушку.
- Не смей так со мной разговаривать! – сердито прикрикивает на дочь не на шутку разгневанная Ньевес. – Зачем ты написала кому-то, что любишь его?
- Это – мое дело, и только мое!
- Не ори на меня, Палома!
- А ты не лезь в мои дела! – еще громче кричит Палома.
Этот крик вызывает новый приступ резкой боли в затылке. Девушке становится плохо.
- Я – твоя мать, и имею право знать о таких вещах, – уже тише говорит мать, немного успокоившись. – Кто этот парень?
- Я не хочу ничего говорить тебе, ты закатишь скандал.
- Ня не буду ругаться.
- Еще как будешь! Тебе этого не понять!
- Милая, будучи подростками, мы все думали, что влюблены, но то чувство было таким непонятным, запутанным. Настоящая любовь – для ребят постарше, а тебе всего пятнадцать.
- Я уже не ребенок, и расчудесно могу влюбиться.
- Ты сама не понимаешь, что мелешь. О, господи! Если об этом узнает отец, он устроит такую бучу! Кто этот парень?
- Этого я не скажу, даже не подумаю!
- Надеюсь, он не из этих интернетных пройдох? Он намного взрослее?
- Мама, перестань! У меня болит голова!
- Так и есть! Ты целый день сидишь перед компьютером. А ведь отец меня предупреждал – подумать только! А-то, как дура набитая, думала, что ты готовила уроки. Ты что ударилась в любовь с интернетными?
- Это не твое дело!
- Ради бога, скажи мне, кто он. Я должна знать.
- Нет!
- Нам с отцом необходимо знать для твоего же блага, что!..
- Хватит, мама! Забудь! – кричит девушка, обрывая мать на полуслове. – У меня разламывается голова!
- Тогда ответь мне, в кого ты, по-твоему, влюбилась!
- Отстань! Я все равно не скажу!
- Я не уйду отсюда, пока не узнаю. Это все ради тебя, неужели ты не понимаешь?
- Это ты не понимаешь, что вас с отцом это не касается. Это не ваше дело! Это моя жизнь, а вы с отцом постоянно лезете в нее.
- Потому что нам это важно!
- Вранье! Я тебя ненавижу!
- Не говори так!
- Это правда! Ты не даешь мне даже вздохнуть!
- Хватит, Палома! Скажи сейчас же, кто этот парень!
- Это не парень! – вне себя кричит Палома, швыряя подушку на пол. – Это девушка, и она не так давно ушла отсюда!

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

© Перевод — Вера Голубкова