Blue Jeans - ¿Puedo soñar contigo? #25

Блю Джинс. "Можешь мне присниться?" Глава 25. Четверг

 

 

 

 

Si le pagaran por cada una de las veces que ha suspirado en la última media hora, se habría hecho
millonaria. Valeria cambia de canal inconscientemente, sin prestar atención a la tele. Se siente sola,
abatida y sin ganas de nada.
Es muy curiosa y significativa su soledad: tiene novio, otro tío que le tira los tejos, un nuevo
«padre» y dos hermanas de improviso y, sin embargo, se siente como si nadie estuviera de su lado en
ese momento. Ni el constante silbidito de su agaporni Wiki la anima.
Antes ha llorado, aunque no ha sido durante mucho tiempo. Fue cuando Raúl se despidió de ella.
Prometió que la llamaría al regresar de su cena con Wendy. Al final, aquella chica de pelo anaranjado
decidió no pasar el resto del día sola. La ha visto a través de la cámara del ordenador de su novio y le
ha parecido... diferente. ¿Le gustará a él? Podría ser. Su aspecto es el de una muchacha frágil, ni guapa
ni fea. Pero con un halo especial. Notó algo que le preocupa. Y es que no paraba de colocarse el pelo
detrás de las orejas mientras hablaba con Raúl. ¿Una señal? Las chicas observadoras entienden de ese
tipo de gestos. Sin embargo, no va a sacar conclusiones precipitadas.
Apaga la televisión, tras un nuevo suspiro, y abre el libro que tiene sobre la mesa del salón. Debe
ponerse a estudiar o la semana que viene se asemejará al infierno de Dante.
Lengua. Análisis sintáctico. Subordinadas. Odia las subordinadas y mucho más al que las inventó.
¿Cómo se le ocurriría a alguien fastidiar a los estudiantes con algo así?
Me emociona que me digas esas cosas cuando me miras a los ojos.
¿No había otro ejemplo? ¿Es que la profesora sustituta de Lengua también está enamorada? Desde
que llegó al instituto, ella y sus compañeros la vieron como una solterona incapaz de estar con un
hombre. Pero ya lo decían en la película Love actually: «El amor está en todas partes». Y el suyo,
¿puede estar en dos sitios a la vez? ¿En Valencia y en alguna estación de metro de Madrid? No quiere
ni pensarlo. Ella está enamorada de Raúl.
Raúl, Raúl, Raúl...
—¡Mi novio se llama Raúl! —grita en un arrebato, lanzando el lápiz contra el cuaderno de
Lengua.
Se va a volver loca. Sigue sin saber por qué ha intentado besar a César. Con él siempre ha estado
a la defensiva. Poniendo freno a cualquier cosa que ha intentado con ella. En las veces que se han
encontrado desde que regresó de Inglaterra y en cada una de las ocasiones en que coincidieron antes de
que se fuera.
Sonríe cuando recuerda esos encuentros casuales o no tan casuales. Que un tío así se haya fijado
en una chica tan simple como ella sólo pasa en las películas. Y en los libros de romántica juvenil. Es
como cuando Edward se enamoró de Bella. Y luego aparece Jacob. En su historia, ¿quién es Edward y
quién es Jacob? Bah, Crepúsculo está bien, pero ahora prefiere Los juegos del hambre. Ya le gustaría
ser como Katniss Everdeen...
¡Las subordinadas! ¡Debe centrarse en el ejercicio y resolver aquella estúpida oración
subordinada!
Pero justo en el momento en que coge el lápiz para emprender un nuevo y desesperado intento,
suena el telefonillo del piso. Se levanta con torpeza, dejando caer el cuaderno y el lápiz, y corre hacia
el pasillo.
—¿Sí? ¿Quién es?
—Soy yo. ¿Me abres?
—¿Tú? ¿Qué quieres?
—Hablar contigo. Ábreme, por favor.
—No. No pienso abrir. —Y cuelga el teléfono enfadada.
¡Cómo se atreve a ir a su casa! César no tiene límites. Después de lo que ha pasado antes en la
cafetería, no pinta nada allí.
Pero el joven no se da por vencido y vuelve a llamar al portero automático. Valeria alcanza de
nuevo el telefonillo y escucha al joven enervada.
—Déjame entrar. Vengo en son de paz.
—No. No quiero que subas.
—Pues baja tú.
—No pienso bajar. Vete, estoy estudiando.
—Vamos, Val. Sólo será un momento.
—Siempre dices lo mismo. Siempre es un momento. Y al final...
—Al final, se alarga la cita y terminas intentando besarme.
La chica se pone roja, aunque sabe que tiene razón. La culpable de aquello es ella. Aun así, no
piensa abrirle la puerta.
—Vete, por favor. Adiós. —Y de nuevo cuelga el teléfono del portero automático con rabia.
En cambio, aquella forzosa despedida no desmoraliza al chico, que continúa insistiendo. Llama
varias veces más, pero Valeria ya ha tomado una decisión. No piensa abrirle la puerta. Un par de
minutos después, el telefonillo deja de sonar y ahora empieza a hacerlo el móvil. ¡Es su número!
César intenta hablar con ella a través de su smartphone. Sin éxito. No tiene ganas de escucharle ni de
decirle nada. Silencia el volumen e intenta centrarse de nuevo en las subordinadas.
Se repite en voz baja cuál es la oración principal y cuál la subordinada de aquella frase. Dónde
está el sujeto, dónde el predicado... el verbo es ¿transitivo?... ¿Y eso es un complemento del nombre?
¡Ahhh! ¡Maldito César! Es imposible concentrarse así.
Alcanza el móvil y ve las siete llamadas perdidas. Aunque da la impresión de que ya ha parado.
¿Se habrá aburrido? Aquello es demasiado para su ánimo. Abandona una vez más el lápiz sobre la
mesa y se cubre la cara con las manos. Se frota con ellas las cejas, los párpados y las mejillas. No
puede más por hoy.
Necesita relajarse, olvidarse de César, de Wendy, de Ernesto, de Elísabet, hasta de Raúl... Se
tumbará en la cama y le escribirá un WhatsApp para avisarle de que se va a dormir. Que no la llame
después de cenar.
Sostiene el móvil en las manos cuando la puerta de su casa se abre. Escucha dos voces que
dialogan. Una es masculina y otra femenina. La de ella es la de Meri. Y la de él... ¡César!
—Hola, Val. Esta guapa señorita me ha abierto.
—Qué casualidad que nos hayamos encontrado en la puerta. Me ha dicho que es amigo tuyo —
indica Meri, guardando las llaves en su chaqueta.
Los ojos de Valeria irradian ira y odio hacia ambos. Sin decir nada, toma de la mano al chico y se
lo lleva a su habitación.
—¿Qué pasa contigo? —le dice, cerrando la puerta—. ¿No me vas a dejar tranquila?
—¿No te parece que deberíamos hablar de lo que ha pasado antes?
—No ha pasado nada.
—Has querido besarme —afirma sonriente, acercándose a la jaula de Wiki—. Es bonito este
pájaro.
Le silba y él le responde de la misma forma. Valeria intenta contener sus impulsos y trata de
calmarse, respirando hondo. Está claro que César no tiene intención de irse de allí hasta que hablen.
La chica retira la silla de su escritorio y se sienta en ella.
—Venga, dime lo que quieras. Te escucho.
El joven la observa de arriba abajo y decide sentarse en la cama. Apoya una mano en la barbilla y
con la otra tamborilea sobre el colchón. Transmite serenidad; un control perfecto de todas sus
emociones.
—Creo que debemos empezar a salir juntos —comenta, después de unos segundos en silencio.
—¿Otra vez con ese tema? Tengo novio.
—Pero yo te gusto.
—No voy a volver otra vez a lo mismo. No me gustas.
—¿Y por qué querías besarme?
—No lo sé... Se me fue la cabeza un segundo. Ya está. Olvidemos el tema.
—Te estás enamorando de mí, Valeria. Sólo te falta reconocerlo.
La chica agacha la cabeza y niega de un lado a otro. De fondo, se escucha el graznidito de Wiki,
que tiene ganas de jugar. César imita su sonido y el agaporni le contesta.
—¿Por qué no dejas de intentarlo? Soy feliz con Raúl. Estoy enamorada de él. Puede que me
gustes, pero...
—Así que, definitivamente, reconoces que te gusto —le interrumpe.
—Sí, me gustas. ¿Contento? Pero «gustar» no significa que esté enamorada de ti. «Gustar»
significa...
—Shhh. Ya está. Eso es todo lo que quería escuchar.
César se levanta de la cama, se aproxima a Wiki y se despide de él con un nuevo silbido. El pájaro
le responde con otro y mueve la cabeza arriba y abajo, limando el pico con una de las barritas de la
jaula.
—¿Te vas?
—Sí. He quedado para cenar con una amiga.
—Me parece perfecto.
—¿Que me vaya o que cene con otra chica?
—Las dos cosas.
—¿No estarás celosa?
—¿Yo? ¿Estás de coña? —dice al tiempo que se pone en pie y lo acompaña hasta la puerta de la
casa—. ¡Ojalá te cases con ella y me dejes en paz a mí!
—¿Sabes una cosa?
—¿Qué?
—Estás muy guapa cuando te pones celosa.
Y sin que se lo espere, le obsequia con un beso en la mejilla. Un solo y suave beso al lado de sus
labios.—Eres un capullo. El mayor capullo que he conocido.
Pero César no le responde. Abre la puerta y baja por la escalera. Valeria lo observa hasta que
desaparece de su vista. Cierra y camina hasta su habitación sin prestar atención a Meri, que continúa
por allí.
Se tumba en la cama y reflexiona muy alterada sobre lo que acaba de pasar. ¿Y esa media
sonrisa? Ni ella misma se lo explica. Qué lío tiene en la cabeza. Lo único que saca en claro de todo
aquello es una cosa: esa noche va a ser imposible estudiar las oraciones subordinadas.

Если бы ей платили всякий раз, как она вздохнула за последние полчаса, она стала бы
миллионершей. Не глядя в телевизор, Валерия машинально переключила канал. Она чувствует себя одинокой, подавленной, и ей ничего не хочется.
Интересное оно какое-то получается – можно даже сказать, символическое – ее одиночество, ведь
у нее есть парень, второй подбивает к ней клинья, стараясь покорить, есть новый “отец” и две импровизированных сестры и, тем не менее, сейчас она чувствует себя так, будто у нее никого нет. Даже непрерывное посвистывание Вики не прибавляет ей бодрости.
Когда Рауль попрощался с ней, она долго плакала. Он пообещал позвонить ей, когда вернется в
номер после ужина с Венди. В конечном счете, эта рыжая, как апельсин, девчонка решила не проводить в одиночестве остаток дня. Вал видела на мониторе своего парня, и он показался ей… совсем другим. Ему понравилась эта девушка? Быть может. На вид она так себе, обычная, – не красавица и не уродина, но есть у нее некая особенная аура. Было заметно, что девушка волновалась – разговаривая с Раулем, она непрестанно заправляла волосы за уши. Это какой-то знак? Наблюдательные девушки разбираются в подобного рода жестах. Однако не стоит делать поспешных выводов.
Снова вздохнув, девушка выключает телевизор, и открывает учебник, лежащий на столе в
гостиной. Пора приступить к учебе, иначе следующая неделя уподобится дантовскому аду.
Итак, испанский. Синтаксический анализ. Сложноподчиненные предложения. Она ненавидит их, а
еще больше ненавидит того, кто их изобрел. И как только в голову пришло изводить учеников подобной гадостью?
Меня трогает, что ты говоришь мне это, когда смотришь мне в глаза.
А другого примера не было, что ли? Или их язычница тоже влюбилась? С тех пор как эта училка
пришла к ним в школу из института, она вместе с одноклассниками смотрела на нее как на старую деву, которая не может быть с мужчиной, этакий “синий чулок”. Но недаром же слоган фильма “Реальная любовь” рекламирует: “Любовь вокруг нас”. А ее любовь? Может ли она находиться в двух местах одновременно? В Валенсии и на какой-нибудь мадридской станции метро? Она не хочет даже думать об этом. Она любит Рауля. Рауля, Рауля, Рауля…
- Моего парня зовут Рауль! – в порыве ярости запальчиво кричит Вал, швыряя ручку на тетрадь по
испанскому языку.
Нет, так она определенно свихнется! Она по-прежнему не понимает, почему пыталась поцеловать
Сесара, ведь с ним она всегда держала глухую оборону, тормозила все его начинания при каждой встрече – и до его отъезда в Англию, и после возвращения.
Девушка улыбается, вспоминая эти самые случайные или отнюдь неслучайные встречи. Чтобы
такой парень как Сесар обратил внимание на такую простушку как она? Да это случается только в фильмах. И еще в юношеских романтичных книжках. Это все равно, как Эдвард влюбился в Беллу, а потом появляется Джейкоб. А кто в ее романе Эдвард, и кто Джейкоб? Ха! “Сумерки” – это хорошо, но сейчас она предпочитает “Голодные игры”. Ей хотелось бы быть похожей на Китнисс Эвердин… [прим: “Сумерки” – серия книг о вампирах американской писательницы Стефани Майер; “Голодные игры” –  трилогия американской писательницы Сьюзен Коллинз]
Так, сложноподчиненные предложения! Нужно сосредоточиться на упражнении и разобраться с
этим идиотским подчинением!
Но именно в тот момент, как Валерия берется за карандаш, чтобы предпринять новую отчаянную
попытку постижения сложноподчиненных предложений, раздается домофонный звонок. Девушка неловко вылезает из-за стола и бежит в коридор, роняя карандаш и тетрадь на пол.
- Кто там?
- Это я. Откроешь?
- Ты? Что тебе нужно?
- Поговорить с тобой. Пожалуйста, открой.
- Даже не подумаю! – разозлившись, отвечает Вал и вешает трубку.
И как он осмелился прийти к ней домой? Для Сесара нет границ, но после того, что было в кафе,
здесь у него ничего не выйдет.
Однако Сесар не сдается и опять звонит в домофон. Валерия с раздражением берет трубку и
слушает парня.
- Разреши мне войти. Я пришел с миром.
- Нет, я не хочу, чтобы ты поднимался.
- Тогда спустись сама.
- Даже не собираюсь. Уходи, я занимаюсь.
- Да ладно тебе, Вал, я на минутку.
- Ты вечно говоришь одно и то же. У тебя всегда – на минутку, а потом…
- А потом свидание затягивается, и ты пытаешься меня поцеловать.
Девушка заливается краской, зная, что Сесар прав. Она была виновата, но даже в этом случае она
не станет открывать ему дверь.
- Уходи, пожалуйста. Пока. – Вал снова в ярости вешает трубку домофона.
Это невольное прощание ничуть не смущает Сесара, он несколько раз настойчиво продолжает
звонить, но Валерия уже приняла решение – она не станет открывать ему дверь. Через пару минут домофон замолкает, зато начинает звонить мобильник. Это его номер! Сесар пытается поговорить с ней по телефону, но его попытка безуспешна. У Валерии нет желания ни слушать парня, ни говорить с ним. Девушка выключает звук и снова старается сосредоточиться на сложноподчиненных предложениях. Она тихо повторяет вслух, какое из предложений главное, а какое придаточное. Где у нас подлежащее, где сказуемое? А глагол – переходный или нет? И это существительное – дополнение, что ли? А-а-а! Черт бы побрал этого Сесара! Так нельзя сосредоточиться.
Валерия берет мобильник и видит семь пропущенных звонков. Вроде он перестал звонить.
Неужели ему надоело? Видимо это чересчур даже для его энергичной натуры. Девушка снова швыряет карандаш на стол и закрывает лицо руками. Она сосредоточенно трет брови, веки и щеки. На сегодня с нее довольно, больше она не может.
Нужно расслабиться, забыть о Сесаре, Венди, Эрнесто, Элизабет и даже о Рауле… Так, сейчас она
ляжет на кровать и напишет Раулю, что собирается спать, чтобы он не звонил ей после ужина.
Валерия еще держала мобильник в руках, когда дверь квартиры отворилась, и она услышала
голоса двух разговаривающих между собой людей. Мужской и женский. Женский голос принадлежал Мери, а мужской… Сесару!
- Привет, Вал! Эта очаровательная девушка открыла мне дверь.
- Мы встретились у двери чисто случайно. Он сказал мне, что он – твой друг, – сказала Мери,
убирая ключи в куртку.
Глаза Валерии излучали гнев и ненависть к обоим. Ни слова не говоря, девушка схватила Сесара
за руку и потащила в свою комнату.
- В чем дело? – прошипела она, закрывая дверь. – Может, все же оставишь меня в покое?
- А тебе не кажется, что нам нужно поговорить о том, что было?
- Ничего не было.
- Ты хотела меня поцеловать, – с улыбкой заявляет парень, подходя к клетке с Вики. – Красивая
птичка.
Сесар свистит попугайчику, и тот отвечает ему таким же свистом. Валерия пытается сдержать
свои чувства. Она глубоко дышит, стараясь успокоиться. Вал понимает, что Сесар не уйдет отсюда, пока они не поговорят. Девушка отодвигает стул от письменного стола и садится на него.
- Валяй. Говори, что тебе нужно. Я тебя слушаю.
Посмотрев на девушку сверху вниз, Сесар решает сесть на кровать. Опершись подбородком на
руку, другой рукой парень легонько барабанит по матрасу, демонстрируя полное спокойствие и контроль над своими чувствами.
- Думаю, мы должны начать встречаться, – немного помолчав, решительно говорит он.
- Ты все о том же? У меня есть парень.
- Но я же тебе нравлюсь.
- Я не собираюсь твердить одно и то же. Ты мне не нравишься.
- Тогда почему ты хотела поцеловать меня?
- Не знаю… Так, мелькнуло что-то в голове, и все. Забудем об этом, и закроем тему.
- Ты влюбилась в меня, Валерия, только не признаёшься.
Девушка опускает голову и, молча, качает ею, выражая свое несогласие. Издали слышится щебет
и чириканье Вики, желающего поиграть. Сесар подражает ему, и птица охотно отвечает.
- Почему ты не оставишь свои попытки? Я счастлива с Раулем, я люблю его. Возможно, ты мне и
нравишься, но…
- В конце концов, ты все же призналась, что я тебе нравлюсь, – прервал девушку Сесар.
- Да, нравишься. Доволен? Но, “нравишься” не означает, что я тебя люблю. Слово “нравиться”
означает…
 -Ш-ш-ш… Это все, что я хотел услышать.
Сесар встает с кровати, подходит к Вики и прощается с ним новым свистом. Птица свистит в ответ
и машет головой вверх-вниз, проводя клювом по одному из прутьев клетки.
- Уходишь?
- Да, я встречаюсь с одной подружкой, чтобы поужинать с ней.
- По-моему, это просто здорово.
- То, что я ухожу, или то, что ужинаю с другой девушкой?
- И то, и другое.
- И ты не станешь ревновать?
- Ты шутишь? – отвечает Валерия, тоже вставая. Она провожает парня до дверей. – Дай бог, чтобы
ты женился на ней и оставил меня в покое!
- Знаешь одну вещь?
- Какую?
- Ты очень красивая, когда ревнуешь. – Не дожидаясь ответа, Сесар нежно целует девушку в щеку
совсем близко от ее губ.
- Ты – кретин. Самый большой из тех, кого я знала.
Сесар не отвечает ей. Он открывает дверь и спускается вниз по лестнице. Валерия смотрит парню
вслед, пока он не исчезает из виду. Она закрывает дверь и идет в свою комнату, не обращая внимания на Мери, все еще стоящую в прихожей.
Валерия ложится на кровать. Она обескуражена, и думает о случившемся. На губах девушки
играет легкая улыбка, но она не замечает этого. В ее голове такой бардак. Валерия совсем запуталась, и единственный вывод, который она делает из всего этого – то, что сегодня вечером выучить сложноподчиненные предложения попросту невозможно.

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

 

© Перевод — Вера Голубкова