Thalia - Cada día más fuerte. La sorpresa

thaliaТалия. "С каждым днем сильнее"

Глава. 6. Приятная неожиданность

 

 

Me empecé a sentir mareada y no comía, pensé que tenía anemia, así que fui al doctor quien me sacó
las rigurosas pruebas de sangre. Estábamos en casa cuando recibimos su llamada con los resultados:
“Me urge que vengan a mi oficina, tengo algo que comentarles”, nos dijo. Esa no es una llamada que
esperas, y mucho menos que el doctor te diga que te espera en su consultorio. Nos pusimos
nerviosos. Fuimos y, una vez que estuvimos sentados frente a él, Tommy y yo nos agarramos de la
mano esperando lo peor.
—Bueno, pues aquí va la noticia… —comenzó a decirnos. En mi cabeza comenzaron a
atropellarse un sinfín de pensamientos: ¿Qué tendré? ¿Será algo serio? ¿Qué me encontró… ? Pero
el doctor me interrumpió los pensamientos cuando dijo—: ¿Están listos?
Qué expectativa, ya quería que lo soltara, era un silencio muy incómodo… Hasta que al fin dijo:
—Van a ser padres, están esperando un bebé.
Lo soltó todo de un jalón, y entonces Tommy y yo griatamos:
—¿¿¡¡QUUEEEÉ!!?? —los dos nos miramos a los ojos, se nos llenaron de lágrimas, la noticia
estaba penetrando en cada uno a lo más profundo de nuestro ser, y no cabíamos de la felicidad.
Sentimos como si nos acabaran de anunciar un milagro.
Por recomendación del doctor, tenía que descansar bastante. Algo que ya de por sí siempre me
costó mucho porque no sé estar quieta. Sin embargo, me tomé mi embarazo muy, pero muy en serio.
Nada más de pensar que mi bebé pudiera no llegar a los nueve meses, me moría del miedo, entonces
me recostaba en mi cama, subía mis piernas a la pared, o las ponía sobre grandes almohadones, y
agarraba un libro, para relajarme.
A medida que fueron pasando los meses, algo comenzó a pasar en mi interior. Así como mi cuerpo
comenzaba a cambiar, mi ser interior también se transformaba; me desconocía… Sentía que esto de
ser madre iba a ser la aventura más excitante de mi vida. Qué sabiduría la de Dios, pensaba, si no
hubiera pasado todo lo que pasé, nunca hubiera disfrutado este momento como lo estoy
disfrutando. Tenía que parar de golpe mi loca carrera, tenía que entrar en un estado de introspección,
limpiar la casa o sea mi templo interior, mi mente, mi alma y mi cuerpo, sacudir el polvo, sacar de
los cajones vivenciales y emocionales lo que ya no servía; llegaba alguien especial a mi vida, y no
debía encontrar el caos que yo traía.
Los primeros tres meses nos guardamos el secreto —ni siquiera lo sabía mi mamá pues temíamos
que algo pasara, y luego, tener que dar explicaciones de algo tan doloroso como la pérdida de un
bebé; no, realmente no lo quería experimentar. Pero llegó el día y cuando se lo dije a mi mamá no lo
creía, estaba emocionada, corría con los brazos hacia arriba en señal de júbilo y no paraba de decir
“Mi’jita… mi’jitaaa…”. Lo más difícil para ambas fue esconderles el “secreto” a mis hermanas. Mi
mamá siempre fue mi mejor confidente y sé que guardaba los secretos como una tumba.
Aprovechando la distancia logramos ocultarlo hasta que cumplí los cinco meses de embarazo. La
pobre tuvo que disimular su emoción con el resto de la familia sobre todo porque todos le decían que
su hijita Thalita estaba muy “misteriosita y calladita”. Eso sí, la noticia se le veía en los ojos, cada
vez que nuestras miradas se cruzaban; era como una gran confidencia que guardan dos niñas
pequeñas, y que con solo mirarse se dan ánimo para no salir corriendo y platicárselo a todo el
mundo.
Cumplidos los cinco meses llamé a Titi y la invité a que pasara un fin de semana en la casa. El
primer día ni cuenta se dio de nada. Al segundo día fuimos de paseo, y después de almorzar
regresamos a mi casa. Me acompañó al baño, yo traía puestos unos pantalones de hacer yoga y una
blusita holgada que me levanté, descubriendo mi estomago, y le dije:
—Mira qué panza traigo, creo que comí demasiado, hermana.
—Pues la verdad sí, estás como panzoncita, ¿no?
Entonces me le quedé viendo a los ojos con una sonrisota y me dijo:
—¿Estás embarazada Thali? —y empezó a llorar, a tal punto que las lágrimas salían como
disparadas de sus ojos.
Nos abrazamos por un rato largo y empezó a brincar conmigo. ¡Parecíamos dos locas! Tuve que
decirle que no me sacudiera tanto porque estaba frágil. De ahí mismo ella le habló a mis sobrinas y
yo a mis otras hermanas. Cuando le hablé a Fede, me dijo:
—Qué pasó hermanita, ¿cómo estás?
Tratando de controlar mi voz, le contesté:
—Bien, te llamo porque quiero contarte algo…
Y antes de que yo alcanzara a decir cualquier cosa, afirmó:
—Estás embarazada, ¿verdad? ¿Cuantos meses tienes? —me dijo emocionada.
—¿Cómo lo sabes? —le pregunté yo —. No se lo he dicho a nadie… pero tengo cinco meses de
embarazo.
—¡Pero por supuesto! —gritó con una gran alegría —. ¿Te acuerdas que en diciembre le
hablamos a Dios? Después de la oración, el Señor me hizo verte de cinco meses… Yo le preguntaba
que cuándo sería eso pues ya había pasado mucho tiempo del momento que me enseñó… ¡Pero claro!
Tenías cinco meses en esa visión, y ahora mismo tienes cinco meses… Lo que el señor me estaba
diciendo era que me ibas a participar de tu embarazo cuando tuvieras cinco meses.
Estaba tan feliz mi hermana que no dejaba de hablar. Claro… Dios ya nos lo había anunciado.
No fue sino hasta que toda mi familia estuvo enterada que salió la exclusiva en la revista ¡Hola!,
pues me pareció la mejor forma de participárselo a mis fans; después de lo del secuestro de mis
hermanas, y de las heridas que estaban sanando en nuestra familia, prácticamente evité a la prensa
por un largo rato; necesitaba darme un tiempo con todo lo sucedido. Pero de esta noticia sí que tenía
que hacer partícipe al mundo entero.
Todo mi embarazo me estuve cuidando; practicaba yoga prenatal, hacía pesas muy ligeras,
caminaba, leía todo libro acerca de cómo prepararse para ser madre, comía cosas totalmente
saludables, macrobióticas, nada de alcohol, meditaba y hacía respiraciones.
Cuando estaba en el octavo mes, comencé a sentirme muy cansada, me sentía “rara”. Mi mamá
estuvo acompañándome durante los últimos meses de embarazo, y cuando le decía cómo me sentía,
su respuesta era natural: “Ay mi’jita, es normal, un bebé jala todo lo que puede de la madre; su
calcio, sus vitaminas, todo… Te está comiendo, mi’jita. Tiene que crecer grande y fuerte; así que es
normal que te sientas así. Duerme y descansa todo lo que puedas, que después ni tiempo vas a tener”.
Siempre supe que sería una niña. Desde que Tommy y yo hablamos por primera vez de tener hijos,
ambos deseábamos que el primero fuese niña. Es increíble cómo puede uno cambiar. Antes estaba
pensando todo el tiempo en mi carrera y mis discos y ahora mis pensamientos estaban completamente
centrados en mi bebé. No podía dejar de imaginarme cosas: ¿Como sería su rostro? ¿A quién se
parecería? Y de carácter… Intentaba imaginar si sería dulce, seria, risueña… Qué curiosidad la que
sentía. Y claro, la selección del nombre, el cual es parte de su identidad. En un principio, quería algo
como Gina Sabrina o Sabrina solamente. Nos gustaba mucho el nombre porque sonaba muy italiano y
sugería cierta fuerza. Ya cuando nos confirmaron el sexo nos volvimos como locos. Alguien nos
regaló un libro de nombres, más otros cuantos que me habían pasado mis amigas que ya eran mamás.
Entre todos esos nombres encontré en la letra “S” el nombre Sakäe y nos gustó cómo sonaba junto a
Sabrina, porque además, significa prosperidad en japonés. Sabrina significa princesa, así que
tendríamos en casa a la princesa de la prosperidad. “Qué maravilla”, comentamos el día que nos
decidimos por su nombre, “vendrá a nuestras vidas la Reina de la Prosperidad!”.
Меня начало тошнить, и я ничего не ела. Я подумала, что у меня анемия, и пошла к врачу. Тот выписал мне направления на анализы крови. Мы находились дома, когда нам позвонили по поводу результатов. “Я требую, чтобы вы пришли ко мне в кабинет, я должен вам кое-что сообщить”, – сказал нам врач. Это не тот звонок, которого ты ждешь, тем более что доктор сказал, что он ждет тебя в консультации. Мы жутко разволновались. Мы с Томми пошли в консультацию. Сидя напротив врача, мы крепко держались за руки, ожидая самого худшего.
- Ну-с, новость, стало быть, такая ... – начал врач. В моей голове тут же забурлило бесконечное множество вопросов: “Что со мной? Неужели что-то серьезное? Что он мне сейчас откроет?..” Однако, врач одним махом прервал суматошный бег моих мыслей, спросив: – Вы готовы?
Господи, какое тягостное ожидание. В кабинете повисло неловкое молчание, и мне хотелось, чтобы доктор заговорил... И вот, наконец-то, он выпалил на одном дыхании:
- Вы станете родителями, вы ждете ребенка.
- Что-о-о-о?!! – хором прокричали мы с Томми. Мы смотрели друг другу в глаза, видя как они наливаются слезами. Эта новость проникла глубоко в наши души, и счастью было тесно в наших сердцах, оно переполняло нас. Мы чувствовали себя так, словно нас только что оповестили о чуде.
По совету доктора я должна была достаточно много отдыхать. Это было как раз то, что мне давалось с трудом, потому что я не знаю покоя. И тем не менее, я восприняла свою беременность очень-очень серьезно. Я больше не могла думать ни о чем, кроме ребенка. Я умирала от страха, что могу не выносить его девять месяцев. Тогда я ложилась в кровать, закидывала ноги на стену или на большие подушки и брала в руки книгу, чтобы отвлечься.
По мере того, как проходили месяцы, внутри меня стало что-то происходить. Так как мое тело начинало изменяться, внутренне менялась и я сама; я не узнавала себя… Я чувствовала, что материнство обещало стать самым возбуждающим приключением в моей жизни. “Какова мудрость господня! – подумала я. – Если бы не произошло все то, что случилось, я никогда не наслаждалась бы этим моментом, как делаю это сейчас.” Я должна была резко затормозить, остановив свой безумный бег, должна была погрузиться в самоанализ, должна была почистить дом или же мой внутренний храм, мой разум, мою душу и мое тело; я должна была вытряхнуть пыль, выбросить все негодное из коробочек, в которых хранился мой жизненный опыт и чувства. Кто-то особенный уже входил в мою жизнь, и он не должен был встретить хаос, который я в себе носила.
Первые три месяца мы держали эту новость в секрете. Об этом не знала даже моя мама. Мы
боялись, вдруг что-нибудь случится, и потом нужно будет давать объяснения по поводу такого горя, как потеря ребенка. Нет, я совсем не хотела экспериментов. Но вот наступил день, когда я сказала об этом маме. Она не могла поверить и, ликуя, носилась по дому, вскинув руки вверх и радостно ими потрясая. Она безостановочно повторяла: “Дочка… До-о-чень-ка…” Самым трудным для нас обеих было хранить “секрет” от моих сестер. Мама всегда была для меня самым лучшим и надежным доверенным лицом, и я знаю, что она хранила секреты, как могила.
Используя расстояние, мы успешно хранили секрет моей беременности до пяти месяцев. Ей,
бедной, приходилось скрывать свои чувства перед остальными родственниками в первую очередь потому, что все говорили ей, что ее доченька Талита была очень “загадочной и скрытной молчуньей”. Это так, новость проскальзывала в ее глазах всякий раз, как наши взгляды встречались; она была похожа на большую тайну, которую хранят две маленькие девочки. Втихомолку переглядываясь, они поддерживают друг друга, чтобы не побежать со всех ног и не растрезвонить о секрете всему свету.
Когда я была уже на шестом месяце, то позвонила Тити и пригласила ее на выходные. В первый
день я ничего ей не сказала, а она ничего не заметила. На второй день мы пошли прогуляться, а после обеда вернулись домой. Она проводила меня до ванной. На мне были спортивные брюки для занятий йогой и блузочка. Я задрала блузку, открывая живот, и сказала:
- Вот, сестричка, посмотри какое пузо, думаю, я переела.
- Да, ты  вправду как толстушка.
Тогда я с лукавой улыбочкой посмотрела ей в глаза, и она спросила:
- Тали, ты беременна? – и заплакала. Слезы из глаз Тити текли рекой, и она не могла остановиться.
Мы долго стояли, обнявшись, а потом она принялась прыгать вместе со мной. Мы были похожи на двух сумасшедших! Мне пришлось сказать ей, чтобы она не трясла меня, как грушу, поскольку я была в деликатном положении. Тити тут же рассказала о новости моим племянницам, а я – сестрам. Когда я разговаривала с Феде, она спросила меня:
- Как дела, сестренка? Что-то случилось?
Я ответила ей, стараясь контролировать свой голос:
- Все в порядке. Я звоню тебе, чтобы кое-что сказать…
Прежде чем я успела хоть слово вымолвить, Феде с полной уверенностью заявила:
- Ты ведь беременна, правда? Сколько месяцев? – спросила она взволнованно.
- Откуда ты знаешь? – поинтересовалась я. – Я никому не говорила… ну, шестой месяц.
- Ну конечно, еще бы! – радостно воскликнула Феде. – Помнишь, в декабре мы разговаривали с
Богом? После молитвы Господь дал мне возможность увидеть тебя на шестом месяце беременности… Я спрашивала его, когда это произойдет, поскольку уже много времени прошло с момента видения… Ну конечно! В том видении ты была на шестом месяце, значит сейчас у тебя пять месяцев. Так значит Господь сказал мне тогда, что ты расскажешь мне о своей беременности, будучи на шестом месяце.
Сестра была так счастлива, что трещала без умолку. Конечно… Господь уже поведал нам об этом.
О новости узнала не только вся родня; в журнале “Hola!” [прим:“Привет”] вышло мое эксклюзивное интервью, поскольку мне показалось неплохой идеей рассказать об этом своим фанам. После похищения сестер и залечивания ран, я долгое время избегала прессы. Мне нужно было время на то, чтобы прийти в себя после всего случившегося, но эту новость я должна была сообщить всем.
Я заботилась о себе на протяжении всей беременности. Я занималась йогой для беременных, давая
себе очень маленькую нагрузку; гуляла; читала все книги, рассказывающие о том, как подготовиться к материнству; ела исключительно полезные, диетические продукты; никакого алкоголя; медитировала и занималась дыхательными упражнениями.
На сроке восьми месяцев я начала чувствовать себя как-то странно, очень усталой. В течение
последних месяцев мама была со мной. Когда я рассказала ей о своем самочувствии, она успокоила меня, сказав: “Ай, доченька, это нормально. Ребенок тянет из своей матери все, что может – кальций, витамины, словом, все… Ребенок ест тебя, доченька. Он должен вырасти большим и сильным, так что абсолютно нормально, что ты так себя чувствуешь. Спи и отдыхай, сколько можешь, потому что потом у тебя не будет на это времени.”
Я всегда знала, что у меня будет девочка. С тех пор, как мы с Томми впервые заговорили о детях,
нам обоим хотелось, чтобы первой была девочка. Просто невероятно, как может измениться человек. Раньше я все время думала о карьере, дисках, а теперь все мои мысли были целиком и полностью сосредоточены на ребенке. Я непрестанно представляла себе разные вещи – какое у нее будет лицо, на кого она будет похожа, какой у нее будет характер… Я старалась представить, какой она будет. Будет ли она ласковой? А, может, серьезной? Или веселой? Как же мне было интересно. Ну и конечно же, выбор имени, которое станет частью личности ребенка. Сначала я хотела Джина Сабрина или просто Сабрина. Нам очень нравилось это имя, потому что у него было итальянское звучание, и оно обладало определенной силой. Когда нам подтвердили пол ребенка, мы сходили с ума. Кто-то подарил нам книгу имен, которую вместе со мной просматривали мои подружки, уже ставшие мамами. Среди всех имен на букву “С” я нашла имя Сакае. Нам понравилось как оно звучало вместе с Сабриной и, кроме того, в Японии оно означало удачу и успех. Сабрина означало принцесса, так что в нашем доме была бы Принцесса Удачи. “Как замечательно, – говорили мы, выбирая имя, – что в нашу жизнь придет Королева Удачи”.

© Перевод — Вера Голубкова