Capítulos de La vida imaginaria 1 / 2 / 3 / 4 / 5 / 6 / 7 / 8 / 9 / 10 / 11 / 12 / 13 / 14 / 15 / 16 / 17 / 18 / 19 / 20 / 21 / 22 / 23 / 24 / II-1/ II-2 / II-3 / II-4 / II-5 / II-6 / II-7 / II-8 / II-9 / II-10 / II-11/ II-12 / III-1 / III-2 / III-3III-4 / III-5III-6III-7III-8III-9III-10III-11III-12III-13III-14III-15 /III-16 /III-17 /III-18 /III-19 / III-20

Mara Torres - La vida imaginaria - II - 7

la-vida-imaginaria-finalista-premio-planetaКнига-финалист литературного конкурса Планета-2012.

 

Parte 2. 

7. Ната и Фортуната

Часть 2. 

Глава 7. Ната и Фортуната

Me pregunto qué es más verdad, ¿lo que la gente ve por fuera o lo que yo siento por dentro? Me lo pregunto
porque todos acertaron cuando me dijeron que Alberto no iba a volver conmigo nunca, la única persona que
se equivocó fui yo. Mientras que yo estaba segura de que él volvería y de que sólo nos habíamos distanciado
durante un tiempo, todos los demás s›
Para el mundo en general, Nata no para; en el mundo particular, Fortunata no respira.
La primera late, la segunda tiene el corazón helado.
Nata siempre está rodeada de gente, Fortunata está más sola que la una.
Cuando salgo de casa por las mañanas, soy Nata. Cuando me meto en la cama por las noches, Fortunata.
Nata, el ruido. Fortunata, el vacío.
Te odio, Beto. Te odio por lo que me hiciste. Te odio con todas mis ganas y ojalá jamás hubieras existido y
así nunca te habría conocido. Ojalá no hubieras nacido, nunca hubieras sido un buen estudiante y tus padres
nunca te hubieran enviado a Madrid. Ojalá no hubieses aparecido nunca en aquella fiesta de graduación en la
universidad, tu amigo no nos hubiera presentado y nunca me hubieses pedido el teléfono ni me hubieras
llamado para invitarme a cenar. Ojalá nada de eso hubiera pasado. Podrías haberte ahorrado aparecer en mi
vida y, de paso, ahorrarme a mí que desaparecieras tres años después. Así no tendría que haber aprendido lo
que significa estar triste, ni hundida, ni abatida, ni tendría ganas de gritarte y de pegarte porque me rompiste
el corazón y me abandonaste, porque dejaste de amarme. No voy a perdonártelo nunca, Beto, aunque pasen
mil años te juro que no voy a perdonarte, porque yo confiaba en ti y en tu amor hasta que apareciste una
tarde con tu maldita máquina excavadora para cargártelo todo sin preguntar. Te odio y te deseo lo peor.
- No te pases, Nata -me dices sonriendo.
- ¡Beto! ¿Qué estás haciendo aquí?
- ¿Crees que sólo tú eres capaz de volar con la cama?
Voy corriendo a abrazarte. ¡Cuánto te echo de menos! Cuánto echo de menos la vida que teníamos juntos,
tan tranquila y tan organizada. Ahora es todo tan distinto… Añoro llegar a casa por la noche y que estés.
Entrar y verte tumbado en el sofá viendo la tele o escuchando música, con el cenicero lleno de cigarros y la
copa encima de la mesa, haciendo nada, sólo esperarme. Que escondas la cara en mi cuello cuando me
acerco a darte un beso y me digas al oído que cuánto he tardado, que la tarde se te ha hecho eterna sin mí y
que menos mal que ya estoy en casa. Que te levantes para quitarme el bolso, lo lleves hasta la habitación y
vuelvas con mis zapatillas de andar por casa en la manármo. Quiero ver otra vez, aunque sólo sea una vez
más en toda mi vida, cómo te arrodillas delante de mí para quitarme las botas y calzarme las zapatillas, cómo
me acercas a la butaca y te pones a mi espalda para recogerme el pelo en una coleta mientras me preguntas
qué tal me lo he pasado. Yo te digo que bien, que llegué tarde como siempre y que, como ya estaban todos
sentados en sus sitios, a mí me tocó en una esquina de la mesa, pero me dio igual, porque estuve al lado de
unos compañeros con los que me lo pasé de lo lindo. Que estuvimos hablando de los signos del zodíaco y de
tonterías varias, y que la cena se hizo muy entretenida por eso, porque sólo hablamos de chorradas y a nadie
se le ocurrió hablar de trabajo, ni de anuncios, ni de otras agencias, y nadie mencionó lo mal que están las
cosas para no amargarnos la noche. Tú me dices que menos mal que hemos dejado de mirarnos el ombligo
durante un rato, pero que no te crees que nadie dijera nada de publicidad en toda la velada. Yo te digo que
bueno, que un poco sí que hablamos, pero que fue sólo al principio y luego se nos pasó. Me dices que ya
decías tú. Me preguntas que si después de cenar hemos tomado una copa. Te digo que sí, que claro, y que
además nos lanzamos a una pista que tenía el restaurante en la parte baja para darle al bailoteo. Tú me
preguntas que si bailamos todos y yo te digo que no, que todos no, pero que los de administración sí, y que
era muy cómico verlos bailar con las gotas de sudor cayéndoles por la frente y la camisa por fuera del
pantalón sin quitarse la chaqueta. Te ríes y me dices que somos lo peor. Yo te digo que sí, que somos lo peor
y que me habría encantado que hubieras estado conmigo. Me dices que ni de coña, que es mucho mejor que
te lo cuente yo.
- ¿Mauro ha ido? -me preguntas mientras me acaricias el pelo.
- ¿Mauro?
- Sí, Mauro, aquel que conociste una vez en una cena parecida y luego quedasteis para tomar unas birras.
- ¡Mauro! Mauro… Pues no, no ha ido, pero ahora que lo dices, habría estado bien.
Me pongo de pie y empiezo a dar vueltas por el salón hablando en voz alta. No he vuelto a ver a Mauro
desde entonces. Me pregunto qué habría pasado si no me hubiera pirado de repente de aquel bar.
Seguramente nada. O quizá hubiese pasado todo. O al principio nada y luego todo. O al principio todo y
luego nada.
Te ríes y me dices que sigo como siempre, que parece que no ha pasado este tiempo sin mí.

Я задаю себе вопрос, в чем же больше правды – в том, что люди видят снаружи на моем лице, или в том, что я чувствую внутри, в своей душе? Я задалась этим вопросом, потому что все попали в самую точку, сказав, что Альберто никогда ко мне не вернется, и единственным человеком, который ошибся, была я сама. Пока я была уверена в том, что он вернется, и мы расстались лишь на время, остальные были уверены в обратном.
Ната не перестала существовать в обычном мире, но в своем собственном странном мирке Фортуната бездыханна, она мертва.
Первая бьется, у второй ледяное сердце.
Ната всегда окружена людьми, Фортуната –одинока.
Выходя из дома по утрам, я – Ната, а лежа в кровати по ночам, – Фортуната.
Ната шумная, суматошная, а Фортуната одинокая и опустошенная.
Я тебя ненавижу, Бето, ненавижу за то, что ты со мной сделал. Я ненавижу тебя всем сердцем, всей душой. Лучше бы тебя никогда не было, и я никогда бы не познакомилась с тобой! Господи, хоть бы ты никогда не родился на свет, не был отличником, и твои родители никогда не послали бы тебя в Мадрид! И пусть бы ты никогда не появлялся на том празднике по случаю окончания университета, и твой друг не представил бы нас, а ты не попросил бы у меня телефон и не позвонил бы мне, чтобы пригласить на ужин. Хоть бы ничего этого не произошло. Ты мог бы не появляться в моей жизни, заодно избавив меня от своего исчезновения три года спустя. Тогда теперь мне не пришлось бы учиться тому, что значит быть удрученной, подавленной, уничтоженной, что значит грустить и тосковать, желая наорать на тебя, ударить, избить за то, что ты разбил мне сердце, разлюбил и бросил меня. Я никогда не прощу тебя, Бето, пройди хоть тысяча лет. Клянусь, я не прощу тебя, потому что верила тебе, верила в твою любовь, пока однажды вечером ты не появился со своим проклятым бульдозером, чтобы разрушить все, не задавая вопросов. Я ненавижу тебя, Бето, и желаю тебе самого худшего.
- Не переборщи, Ната, – улыбаясь, говоришь ты.
- Бето!.. Что ты здесь делаешь?
- Думаешь, ты одна можешь летать на кровати?
Я подбегаю, чтобы обнять тебя. Боже, как же я тоскую по тебе! Как же мне не хватает той спокойной, упорядоченной и размеренной жизни рядом с тобой. Теперь все совершенно иначе... Я скучаю по тем временам, когда я приходила затемно, и ты был дома. Я входила и видела, как ты валяешься на диване, смотришь телевизор или слушаешь музыку, а в пепельнице было полно окурков, и стоял стакан на столе. Ты ничего не делал, просто ждал меня. Ты прятал лицо на моей шее, когда я подходила поцеловать тебя, и шептал мне на ушко, как сильно я задержалась, что вечер без меня тянулся целую вечность, и как же хорошо, что я уже дома. Ты поднимался с дивана, чтобы взять сумку, относил ее в комнату, и возвращался ко мне с домашними тапочками. Как же я хочу снова и снова видеть это. Хотя бы еще раз ты опустился на колени, чтобы снять мне сапоги и надеть тапочки, придвинул кресло, встал за моей спиной, чтобы заплести мне волосы в косичку, и начал расспрашивать, как я провела время.
- Отлично, – отвечаю я. – Я опаздала, как всегда, все уже были на своих местах, и мне досталось место на краешке стола, но мне было все равно, потому что я была с приятелями, с которыми прекрасно провела время. Мы говорили о знаках зодиака и о разных глупостях. Ужин прошел довольно забавно, поскольку мы болтали только о всякой ерунде, никому и в голову не пришло говорить о работе, о рекламе, о других агентствах. Никто не касался больных тем, чтобы не омрачить вечер.
- Здорово, что вы отвлеклись на время от своих проблем, но я не верю, что за весь вечер никто и словом не обмолвился о рекламе, – подкалываешь ты меня.
- Ладно, – соглашаюсь с тобой я, – поговорили, но совсем чуть-чуть, и только в самом начале, а потом мы об этом забыли.
Ты повторяешь то, что уже говорил и спрашиваешь, пропустили ли мы по бокальчику после ужина.
- Ну, конечно же, – отвечаю я. – И кроме того, завалились поплясать на танцплощадку в нижней части ресторана.
- И что же, все танцевали? – интересуешься ты.
- Нет, не все, – рассказываю я, – но руководство танцевало. Знаешь, было очень смешно смотреть, как они танцуют. Капли пота стекают по лицу, рубашки вылезают из брюк, но пиджаки они не снимают.
- Хуже некуда, – смеешься ты, и я опять соглашаюсь.
- Верно, хуже некуда, – но, если бы ты был со мной, все было бы очаровательно, я была бы в восхищении.
- Да ни за что на свете, – говоришь ты, – лучше послушаю твой рассказ.
- Мауро пришел? – спросил ты, нежно гладя меня по волосам.
- Мауро?
- Ну да, тот самый Мауро, с которым ты познакомилась однажды на похожем ужине, и с которым потом попивала пивко.
- Ах, Мауро! Мауро... Конечно же нет, он не пришел, но сейчас, раз ты так говоришь, это было бы хорошо.
Я вскочила на ноги и принялась наворачивать круги по комнате, разговаривая вслух. Я не виделась с Мауро с тех пор. “ А что бы произошло, не смойся я тогда неожиданно из бара. Уверена, что ничего. Ничего бы не произошло, а, возможно, что и все. А, быть может, сначала ничего, а потом все. Или наоборот, сначала все, а после ничего.
Ты смеешься и говоришь, что я в своем репертуаре, остаюсь такой же, как всегда, и кажется, будто и не было времени, проведенного без меня.

mirarse el ombligo(=estar ensimismado) – быть погруженным в свои мысли, сосредоточиться на себе самом

Capítulos de La vida imaginaria 1 / 2 / 3 / 4 / 5 / 6 / 7 / 8 / 9 / 10 / 11 / 12 / 13 / 14 / 15 / 16 / 17 / 18 / 19 / 20 / 21 / 22 / 23 / 24 / II-1/ II-2 / II-3 / II-4 / II-5 / II-6 / II-7 / II-8 / II-9 / II-10 / II-11/ II-12 / III-1 / III-2 / III-3III-4 / III-5III-6III-7III-8III-9III-10III-11III-12III-13III-14III-15 /III-16 /III-17 /III-18 /III-19 / III-20