Capítulos de ¡BUENOS DÍAS, PRINCESA! 1 / 2 / 3/ 4 / 5 / 6 / 7 / 8 / 9 / 10 / 11 / 12 / 13 / 14 / 15 / 16 / 17 / 18 / 19 / 20 / 21 / 22 / 23 / 24 / 25 / 26 / 27 / 28 / 29 / 30 / 31 / 32 / 33 / 34 / 35 / 36 / 37 / 38 / 39 / 40 / 41 / 42 / 43 / 44 / 45 / 46 / 47 / 48 / 49 / 50 / 51 / 52 / 53 / 54 / 55 / 56 / 57 / 58 / 59 / 60 / 61 / 62 / 63 / 64 / 65 / 66 / 67 / 68 / 69 / 70 / 71 / 72 / 73 / 74 / 75 / 76 / 77 / 78 / 79 / 80

Blue Jeans - ¡BUENOS DÍAS, PRINCESA! - V

buenos dias princesa Глава 5

—¿NOS vamos o qué?
—Encima de que llegas tarde, ahora metes prisa —refunfuña Eli con voz melosa; a continuación, se
agarra con fuerza al brazo de Raúl.
—Tanto echarnos en cara a Bruno y a mí que lleváis aquí esperando mucho tiempo y ahora…
Pero Elísabet no lo deja hablar más. Tira de él y, casi a rastras, lo conduce hasta la boca de metro.
Los dos bajan en primer lugar la escalera de la estación del metro de Sol. Entre risas. Sin prestar
atención al resto. Valeria los contempla resignada. Ya ha comenzado la «caza».
—¿Y a ésta qué le pasa? —le pregunta María extrañada—. Está más alterada de lo habitual. ¿Habéis
bebido algo ya?
—Qué va. Ni una gota de alcohol.
—Pues está eufórica. Cuando empiece, no sé cómo va a terminar.
Valeria se encoge de hombros y suspira. Se queda inmóvil un instante, pensativa, mientras los demás
también bajan por la escalera de la estación. Va a ser una noche muy larga para ella. No sabe si
aguantará. Tener que soportar cómo Eli le tira los tejos a Raúl no será nada agradable. Pero peor será
cuando éste pique el anzuelo.
—Val, vamos —la llama Ester con una sonrisa desde los escalones—. ¡Y alegra esa cara, que nos
espera una gran noche!
—Una gran noche… —murmura ella poco convencida.
Sonríe tímidamente y se dirige hacia ellos.
Hay muchísima gente en el vestíbulo del metro de Sol. Hora punta. La mayoría son chicas y chicos
jóvenes arreglados de sábado noche. Pese al alboroto, se oye la melodía de una guitarra y la voz rasgada
de un músico interpretando Caricias en tu espalda, de Despistaos. Lo hace francamente bien. Valeria
busca con la mirada al intérprete de la canción, pero no consigue distinguirlo entre tanta gente. Por fin lo
descubre cerca de una de las hileras de máquinas de tiques. Es un muchacho bastante más joven de lo que
su voz presagiaba. O, por lo menos, eso es lo que indica su rostro imberbe y afilado. Tendrá cinco o seis
años más que ella, como mucho. Tiene el pelo largo, por debajo de los hombros, castaño, y lleva puesto
un sombrero gris con una cinta negra que lo atraviesa por el centro. Viste con un fino jersey beis, muy
ajustado, y unos vaqueros azules rotos.
Es realmente guapo.
—¡Nena, que te duermes! —grita Elísabet desde el otro lado del torno. Agarrada del brazo de Raúl,
camina hacia la línea tres.
Todos han pasado ya, excepto ella. Valeria resopla y se da prisa por acudir junto a sus amigos. Abre
su bolso y busca dentro el bonometro. No da con él. Mierda. ¿Dónde está?
Escarba entre sus cosas, pero ni rastro. Los demás han seguido hacia delante y ya ni los ve. Joder!
¡Qué prisa tienen! Empieza a ponerse nerviosa. Por lo visto se lo ha dejado en casa. ¡Tendrá que sacar un
billete sencillo!
Se da la vuelta y acude rápidamente a las máquinas expendedoras. La única libre es la que está junto
al chico que toca la guitarra. Va hacia ella a toda velocidad y, casi sin quererlo, mira al joven
disimuladamente. De repente se encuentra con sus ojos verdes. Son increíblemente bonitos. Es sólo un
segundo. Tal vez menos. Pero es tiempo suficiente para hacerla sonrojar. El músico sonríe y, de
inmediato, vuelve a prestar atención a su guitarra y al tema que ahora interpreta.
Valeria agacha la cabeza muerta de vergüenza y trata de centrarse en lo que tiene que hacer. ¡Qué
guapo es! Abre otra vez el bolso y alcanza el pequeño monedero en el que guarda el dinero. Lo examina,
pero… ¡No tiene nada suelto! Sólo un billete de veinte euros. Buf.
—Perdonad, ¿tenéis cambio de veinte? —les pregunta a unas chicas de su edad, muy maquilladas,
que están en la máquina de al lado.
Todas mueven la cabeza negativamente sin siquiera comprobarlo. Estúpidas creídas. Valeria suspira
y mira a su alrededor. ¿Cómo? El chico de la guitarra ha dejado de tocar y se ha puesto de pie. Se acerca
a ella y, extendiendo un brazo, le ofrece el dinero exacto para el billete sencillo.
—Toma. No tengo cambio. Pero con esto tendrás suficiente, ¿no?
—Gra… gracias, pero… no, no hace falta.
—Insisto.
—Bueno, yo…
Se ha quedado impresionada. Boquiabierta. Frente a frente, resulta todavía más guapo. Y su sonrisa
resulta… adorable. Es alto, mide más de uno ochenta y cinco seguro; y, más que delgado, está fibroso.
¿Qué hace un tío como aquél tocando en el metro? Debería estar desfilando en una pasarela o llenando
salas de conciertos. Sería un auténtico fenómeno fan.
—No te preocupes. Ahora canto un par de temas más y lo recupero —señala con dulzura—. Eso si no
viene alguien de la SGAE y me hace pagar los derechos de autor de las canciones.
—¿Cómo?
No tiene ni idea de lo que le está hablando, pero qué más da. No es lo que dice, sino cómo lo dice. Y,
sobre todo, cómo está el que se lo está diciendo.
—Déjalo. Humor subterráneo —indica él sin parar de sonreír—. Coge el dinero antes de que se me
duerma el brazo.
—Ay. Perdona. Muchas gracias.
Valeria toma nerviosa el euro con cincuenta que le entrega el músico, se da la vuelta y saca el billete
de la máquina. Está temblorosa. Le da pánico volverse y mirarlo de nuevo. Seguro que está sonriendo.
Así es. El chico de la guitarra continúa sonriendo, mostrando sus perfectos dientes blancos. Embobada
por sus perfectas facciones, se queda completamente en blanco. ¿No había curado ya su timidez?
—¿Vas sola de fiesta?
—¿Qué?
—Que si no tienes acompañante para esta noche.
—Ah. Sí, sí. Mis amigos van delante.
—¿Tus amigos? ¿Te han dejado sola?
—Algo así. Han cruzado al otro lado sin darse cuenta de que yo no podía pasar porque me he dejado
el bonometro en casa. Soy un desastre.
—Pues date prisa o no cogerás el tren y los perderás definitivamente.
—Sí.
Los dos permanecen un instante en silencio. La que está perdida ahora mismo es ella. Valeria deja de
mirarlo e intenta recuperar la compostura. ¿Las cosas como aquélla no pasan sólo en las películas? Está
claro que no. Porque aquel chico, aunque es de película, está hablando con ella cara a cara. En la vida
real. Su aburrida vida real. Pero… ¿por dónde se va a la línea tres? Da una vuelta sobre sí misma y
descubre el cartel amarillo que la indica.
El joven del sombrero regresa a la silla desde la que tocaba. Piensa un segundo y, a continuación,
comienza a acariciar las cuerdas de su guitarra. Valeria lo observa una última vez, dibuja un «Gracias»
con los labios e intercambian una sonrisa final.
Mientras suena un tema de Nirvana, la chica introduce el billete en la ranura y atraviesa el torno.
¡Qué tío tan espectacular! Nunca lo había visto en esa parada. ¿Cómo se llamará?
—¿Dónde te habías metido? —la voz es de Ester, que llega corriendo hasta ella—. ¡Menos mal que
me he dado cuenta de que no estabas antes de que subiéramos al metro!
—Me he dejado el bonometro en casa y no podía pasar.
—Vaya.
—Y luego no tenía suelto para el billete.
—¿Y por qué no nos lo has pedido a alguno de nosotros?
—¡Porque os habíais ido!
Ester se tapa la mano con la boca y luego ríe. Le hace gracia ver a Valeria alterada.
—Perdona.
—Ya os vale.
—Somos muy malos amigos.
—Los peores amigos del mundo.
—No te pases.
—Me habéis dejado tirada como a una colilla.
—No seas quejica, anda.
—Jum.
Las dos chicas suben la escalera que lleva hasta las vías de la línea tres. Sentados en un banco,
esperan los otros cuatro. Eli está sobre las piernas de Raúl. Sin embargo, cuando el chico ve a Valeria se
levanta y camina hacia ella.
—¿Estás bien? —le pregunta muy serio.
—Sí. Todo bien. No podía pasar porque me he olvidado el bonometro.
—Ah. Podrías haber pasado con alguno de los nuestros.
—Ibais demasiado rápido y me he quedado atrás.
Elísabet también se pone de pie y acude al lado de sus amigos. Le ha fastidiado mucho que Raúl la
haya abandonado en el banco.
—Te has quedado atrás porque hoy estás empanada. Llevas toda la tarde distraída por culpa del
maldito vaquero —afirma.
—¿Qué vaquero? —pregunta con curiosidad el joven de la camisa azul.
Valeria se sonroja. ¿Lo va a contar? ¿Delante de él? ¡No se atreverá!
—Uno de Stradivarius que le he dejado pero que no le entraba.
¡Se ha atrevido! ¡Esas cosas no se dicen! ¡Y menos delante de un chico! ¡Y todavía menos del chico
del que está enamorada! ¡Con amigas así quién necesita enemigas!
Roja como un tomate, Valeria observa cómo Raúl sonríe y le mira el culo sin ningún tipo de
discreción.
—Pero ¿tú qué miras? —pregunta indignada al tiempo que se pega a la pared. Le arden los pómulos.
—Yo te veo bien, Val. Como siempre. Eso es que Eli está demasiado delgada.
—¿Cómo? —Los ojos de la mencionada se abren como platos—. ¡No estoy demasiado delgada!
—¿Que no?
Ahora la mirada azul de Raúl se dirige hacia el trasero de Elísabet.
—Pero tú… ¡no tienes educación ni vergüenza! —grita ésta enfadada.
—Estás muy delgada, Eli. Demasiado. Aunque me gusta mucho tu culo. ¿No te lo había dicho nunca?
La chica se abalanza contra él y le golpea los hombros repetidamente con los puños cerrados. Valeria
los mira sin despegarse de la pared, entristecida. Aquella fingida pelea es una prueba más de que será
una noche difícil y de que entre aquellos dos no tardará mucho en pasar algo.
Segundos más tarde, suena el ruido de una locomotora. El metro llega, prácticamente repleto. Los seis
se suben a uno de los vagones del final del tren. Eli es la última en entrar, no sin antes golpear una vez
más a Raúl, que sonríe satisfecho.
Apenas hay hueco para respirar. Están enlatados como sardinas.
—Me muero de calor —anuncia Valeria, a la que aún no se le han bajado los colores.
—Son sólo cinco paradas —comenta María, que va a su lado.
—Ya lo sé. Espero no morir asfixiada antes.
—Aguantarás.
Y, efectivamente, sobrevivió a Callao. Ya Plaza de España. También a Ventura Rodríguez y a
Arguelles, donde se bajó mucha gente. Y por fin llegaron a Moncloa: final del trayecto de la línea tres.
Cerca de allí, en una conocida discoteca de la ciudad, les espera una fiesta llena de universitarios.
Pocos minutos después…
—¿Veinte euros cada uno?
—Exacto.
—¿No quedamos en que serían diez?
—Diez por el DNI y el carné de estudiante universitario. Y otros diez por la entrada a la discoteca.
¿No os pensaríais que ibais a entrar gratis?
—Pero…
—¿Lo tomáis o lo dejáis?
—No es justo. La entrada a la discoteca entraba en el precio. Los que son de la Complutense no
tienen que pagar nada. Y nuestros carnés son de estudiantes de la Complutense.
—Es lo que hay, vosotros veréis lo que hacéis. Si queréis las falsificaciones y entrar, veinte euros.
Raúl se frota la barbilla y resopla. Aquel tipo los ha engañado. Ése no era el trato que habían
acordado.
—Espera. Voy a hablar con mis amigos.
El chico, resignado, se acerca hasta donde aguarda el resto. Sus amigos lo observan preocupados al
verlo llegar con las manos vacías.
—¿Qué te ha dicho? —pregunta Eli arqueando las cejas—. ¿Y los carnés?
—Nos pide veinte euros por cabeza.
—¿No eran diez?
—Pues ahora dice que son veinte. Diez por el DNI y el carné de estudiante, y otros diez por la
entrada a la discoteca.
—¡Qué gilipollas!
—¿Y qué hacemos? ¿Pagamos? —interviene Valeria mientras saca los veinte euros del monedero.
—Ya que estamos aquí…
Ester y María se miran la una a la otra.
—Yo sólo tengo diez euros —explica la chica del flequillo en forma de cortinilla—. Mis padres no
me han dado más.
—Yo tampoco quiero pagar más dinero —dice María.
—Estoy con ellas —añade Bruno con un bostezo—. No me apetece pagar veinte euros por entrar en
una discoteca.
Una ráfaga de aire alborota el cabello de los seis chicos, que se han quedado en silencio. Hasta que
Elísabet vuelve a hablar. Lo hace de manera enérgica, contundente.
—Pues yo sí que quiero pasar. Me he hecho las fotos para los carnés falsos, he venido hasta aquí con
la idea de entrar en esta fiesta que llevaba mucho tiempo esperando y por sólo diez euros más no me voy
a echar atrás. Toma, mi dinero.
Y le entrega un billete de veinte a Raúl. Éste lo coge y mira a Valeria, que es la única que aún no se
ha pronunciado.
—¿Qué dices tú? —le pregunta.
—No sé. Son veinte euros. Aunque…
Aunque, si no va con ellos, seguro que se lían dentro de la discoteca. En cambio, si sólo entran los
tres, no van a dejarla sola o a darse el lote delante de ella, ¿no? Es una oportunidad de frenar lo que
parece irremediable.
—¿Aunque qué?
—Nada, nada. Que sí, que si entráis vosotros yo también.
Las miradas de Ester, María y Bruno se centran en Valeria. Ninguno esperaba esa respuesta de su
amiga.
—Bueno, pues somos tres y tres —comenta Raúl al tiempo que saca veinte euros de su bolsillo—.
¿Vosotros al final qué vais a hacer?
—Yo no puedo. Lo siento. Pero id vosotros —comenta Ester sonriente—. Me voy para casa, así
descansaré más para el partido de mañana.
—Me voy contigo —replica María—. Tampoco estoy para muchas fiestas.
Raúl se fija entonces en Bruno. Éste se encoge de hombros y se une a las dos chicas que han decidido
no entrar en la discoteca.
—No voy a dejarlas solas. Las acompaño —apunta—. Además, no me van mucho las universitarias.
—Tampoco creo que tú les vayas mucho a ellas.
A Bruno no le hace gracia el comentario jocoso de Raúl, así que se vuelve y mira hacia otro lado,
molesto. Últimamente, a su amigo se le han subido demasiado los humos. ¿Ya no recuerda cuando sólo
eran ellos los que le hablaban?
Se hace un nuevo silencio en el que todos se observan. Ninguno sabe muy bien qué decir. Valeria se
siente mal por su falta de solidaridad con los que no entran, especialmente con Ester, que no tiene dinero.
Pero, por otra parte, no puede dejar solos a Eli y a Raúl, a pesar de que tal vez lo pase peor dentro que
fuera de la discoteca.
—Pues ya nos veremos, chicos. Y os contaremos qué tal ha estado esto —se despide Elísabet.
Lanza besos al aire y, con paso firme, se dirige hacia la puerta de la discoteca. Dos universitarios con
los que se cruza la miran de arriba abajo y le sueltan un piropo poco elegante.
—Me voy con ella, antes de que sea pasto de los tiburones. ¿Vienes?
Valeria asiente con la cabeza y, tras decirles adiós con la mano a los que se van, se dirige junto con
Raúl hacia la puerta de entrada.
Sus sensaciones son totalmente contradictorias. No le gusta lo que está haciendo. Se supone que
deberían ir todos a una. O entrar los seis o no entrar ninguno. Sin embargo, el grupo se ha dividido en
dos. Algo que hace algún tiempo habría sido impensable.

 - Ну что, идем мы или нет?

- Мало того, что ты опоздал, так теперь еще и торопишь, – нежно-медовым голоском ворчит Эли, крепко вцепившись в руку Рауля.
- Да сколько раз вы уже упрекнули нас с Бруно, что ждали здесь столько времени, а теперь…
Но Элизабет не дает ему договорить. Она чуть ли не силой тащит его ко входу в метро.
Посмеиваясь, они первыми спускаются по лестнице на станцию Пласа-дель-Соль, не обращая внимания на остальных. Смирившаяся с этим Валерия, молча, смотрит на них. “Охота” уже началась.
- И что это с ней происходит? – удивленно спрашивает Мария. – Она взволнована больше обычного. Вы что, уже выпили?
- Как бы не так! Ни капли.
- Так ведь она уже в эйфории. А когда начнет, не знаю, как закончит.
Валерия пожимает плечами и вздыхает. Задумавшись, она застыла на мгновение, пока все остальные тоже спускаются по лестнице в метро. Да, для нее эта ночь окажется длинной. Валерия не знает, выдержит ли. Она должна сдерживаться, видя, как Эли заигрывает и кокетничает с Раулем. Что уж тут хорошего? Но еще хуже будет, когда Рауль клюнет на приманку.
- Вал, идем, – смеясь, зовет ее Эстер со ступенек. – И смени это выражение лица. Развеселись, ведь нас ждет грандиозная ночь!
- Грандиозная ночь, – не слишком убежденно шепчет Валерия и, робко улыбнувшись, направляется к друзьям.
В вестибюле метро сегодня многолюдно. Час пик. Большинство составляют молодые парни и девушки, принаряженные по случаю субботнего вечера. Несмотря на шум слышна мелодия и голос музыканта, поющего песню “Лаская твою спину” группы “Despistaos”6. Валерия ищет певца взглядом, но различить его в такой толпе народа ей не удается. Но, наконец-то, она высматривает его неподалеку от ряда билетных автоматов. Это еще довольно молодой парень, о чем свидетельствует и его голос. Или, по крайней мере, на это указывает его худое, безбородое лицо. Он старше ее самое большее лет на пять-шесть. У парня длинные, ниже плеч, каштановые волосы, и он носит серое сомбреро с черной тесемкой посредине. Одет он в тонкий, плотно облегающий, бежевый свитер и рваные голубые джинсы. Он просто красавчик.
- Ну что ты спишь, малышка! – кричит Элизабет, стоя по другую сторону турникета. Взяв Рауля под руку, она идет к третьему пути.
Все уже прошли в метро, кроме нее. Валерия, тяжело вздохнув, спешит присоединиться к друзьям. Она открывает сумочку и ищет в ней проездной на метро. Его нет. Вот дерьмо, где же он? Она судорожно роется в своих вещах, но проездного нет и в помине. Остальные продолжают идти вперед, и она уже потеряла их из виду. Блин! И куда они так спешат! Валерия начинает нервничать. По-видимому, она оставила его дома. Теперь придется покупать простой билет!
Она поворачивается и быстро идет к кассовым автоматам. Единственный свободный автомат находится рядом с парнем, играющим на гитаре. Как можно быстрее Валерия идет к автомату и, почти не желая этого, исподтишка смотрит на парня. Совсем неожиданно она замечает, что у него немыслимо красивые зеленые глаза. Это заняло всего секунду, а, может, и меньше, но этого времени было достаточно, чтобы вогнать ее в краску. Музыкант улыбается и тут же вновь переключает свое внимание на гитару и новую песню.
Валерия опустила голову, сгорая от стыда и стараясь сосредоточиться на том, что должна сделать.
Нет, ну какой же он все-таки красавец! Она опять открывает сумку и достает маленький кошелечек, в котором хранит деньги. Она осматривает его, но… У нее нет никакой мелочи! Только купюра на двадцать евро. Тьфу ты, черт!
- Простите, Вы не разменяете двадцатку? – спрашивает она у нескольких сильно накрашенных девиц своего возраста, стоящих у автомата сбоку.
Они отрицательно качают головой, даже не заглянув в кошельки. Самонадеянные дуры. Валерия, вздыхая, оглядывается вокруг себя. Ну, почему? Парень с гитарой перестает играть и поднимается. Он подходит к Валерии и протягивает руку, предлагая деньги как раз на обычный билет.
- Вот, возьми. У меня не наберется на размен, но этого тебе хватит, верно?
- Спа… спасибо, но… нет, не нужно.
- Бери, говорю.
- Хорошо, я…
Валерия разволновалась и разинула рот. Оказывается, вблизи, он еще красивее. И его улыбка, оказывается… восхитительна. Он высок, выше метра восьмидесяти пяти, это точно. Он более худощав и жилист. Что заставляет такого парня, как он, играть в метро? Он должен был бы дефилировать по подиуму или собирать на концерты полные залы. Она была бы его настоящей, ярой фанаткой.
- Не переживай. Сейчас я спою еще парочку песен и все верну, – ласково говорит музыкант. –
Конечно, если не явится кто-нибудь из Комиссии по авторским правам и не заставит заплатить за права авторам песен.
- Что? – Валерия абсолютно ничего не понимает из того, что он говорит, но ей все равно. Дело не в том, что он говорит, а то, как говорит. И особенно в том, что он говорит это ей.
- Проехали, забудь. Юмор подземки, – поясняет он, не переставая улыбаться. – Бери деньги, пока у меня рука не затекла.
- Ой, простите. Большое, большое спасибо.
Валерия нервно берет полтора евро, которые протягивает ей музыкант, поворачивается и покупает в автомате билет. Ее кидает в дрожь. Она опять в панике и снова смотрит на музыканта. Так и есть, он улыбается. Парень с гитарой продолжает улыбаться, демонстрируя великолепные белые зубы. Валерия просто в восторге от изумительных черт его лица и совершенно не понимает: она что же, уже излечилась от своей застенчивости?
- Ты на празднике одна?
- Что?
- У тебя нет спутника на этот вечер.
- Да, нет, нет. Мои друзья идут впереди.
- Друзья? И они оставили тебя одну?
- Что-то вроде. Они прошли через турникеты, не зная, что я не могу пройти, потому что оставила проездной дома. Я – неудачница.
- Тогда поторопись или не успеешь к поезду и можешь окончательно их потерять.
- Да, конечно.
Они помолчали еще немного. Валерия и сама сейчас растерялась. Она перестает смотреть на парня, пытаясь снова овладеть собой. Разве подобные вещи происходят не только в фильмах? Понятно, что нет. Почему этот парень из фильма открыто разговаривает с ней в реальной жизни. Ему надоела обычная жизнь. Но… Куда идти на третий путь? Она вертится, глядя по сторонам, и видит желтый указатель.
Парень в сомбреро возвращается туда, где он играл и садится на стул. Секунду он раздумывает, а затем продолжает перебирать гитарные струны. Валерия в последний раз смотрит на него, молча, одними губами говорит “спасибо”, и они обмениваются прощальной улыбкой.
Пока звучит композиция от “Nirvana”7, девушка засовывает билет в щель и проходит через турникет. Какой эффектный парень! Я никогда не видела его на этой станции. Как его зовут?
- Ну, и куда ты запропастилась? – раздается голос подбежавшей к ней Эстер. – Хорошо еще, что я поняла, что ты не с нами, до того, как мы сели в вагон!
- Я оставила проездной дома и не могла войти.
- Вот тебе на!
- А потом у меня не было мелочи, чтобы купить билет.
- А почему ты не попросила купить билет кого-нибудь из нас?
- Потому что вы ушли!
Эстер закрывает ладонью рот и хохочет. Ей смешно видеть взволнованную Валерию.
- Ой, прости.
- Хватит вам!
- Мы плохие друзья.
- Самые худшие в мире.
- Но ты так не считаешь.
- Вы же вышвырнули меня, как окурок.
- Да, ладно тебе не жалуйся.
- Фу ты.
Девушки поднимаются по лестнице, ведущей к третьему пути. Сидя на скамейке, их поджидает остальная четверка. Эли сидит на коленях Рауля, но, несмотря на это, завидев Валерию, парень поднимается и идет к ней.
- С тобой все в порядке? – очень серьезно спрашивает Рауль.
- Да, все нормально. Я не могла пройти, потому что забыла проездной.
- Ну, ты могла бы пройти с кем-нибудь из нас.
- Вы слишком быстро ушли, и я осталась далеко позади.
Элизабет тоже встает и подходит к друзьям сбоку. Она крайне раздосадована тем, что Рауль бросил ее на скамейке.
- Ты отстала потому, что сегодня ты какая-то смурная. Весь вечер рассеянная, и все по вине этих проклятых джинсов, точно.
- Каких джинсов? – удивленно спрашивает парень в голубой рубашке.
Валерия краснеет. Неужели она все расскажет? Еще и ему? Нет, она не осмелится.
- Да так, одни “страдивариус”, я оставила их для нее, но она в них не влезла.
Вот тебе на, осмелилась! Такие вещи не говорят! Тем более парню! И уж тем более парню, в которого она влюблена! Таких подруг врагу не пожелаешь, это ж надо, такую свинью подложить!
Красная, словно помидор, Валерия наблюдает, как Рауль, улыбаясь, беззастенчиво разглядывает ее задницу, не проявляя ни малейшего стыда.
- Ну что ты уставился? – возмущенно спрашивает Валерия, прижавшись к стене. Ее щеки пылают.
- Я смотрю, ты, как всегда, отлично выглядишь, Вал. Просто Эли слишком худая.
- Что? – глаза Элизабет широко отрываются, они похожи на два блюдца. – Не надо, я не слишком худая!
- Неужели?
Теперь взгляд небесно-синих глаз Рауля перемещается на Элизабет.
- Ну у тебя и воспитание… Нет у тебя ни стыда, ни совести! – громко кричит рассерженная Элизабет.
- Ты очень худая, Эли, слишком худая, хотя мне очень нравится твоя задница. Я никогда тебе этого не говорил?
Девушка набрасывается на него и бьет несколько раз сжатыми кулачками по плечам. Опечаленная Валерия смотрит на них, не отрываясь от стены. Эта обманчивая драка – еще одно доказательство того, что вечер будет нелегким, и между этой парочкой скоро что-то произойдет, они не станут терять время зря. Через несколько секунд гудит подъезжающий поезд, вагоны почти переполнены. Шестеро друзей заходят в один из хвостовых вагонов. Эли входит последней, перед этим еще раз стукнув довольно улыбающегося Рауля. Свободного места хватает только на то, чтобы дышать. Вагон плотно забит людьми, как консервная банка – сардинами.
- Я умираю от жары, – говорит Валерия, все еще краснея.
- Только пять остановок, – отвечает Мария, стоящая рядом.
- Знаю, надеюсь, не задохнусь прежде.
- Держись.
И, действительно, ей удалось пережить Кальяо, Пласа д’Эспанья, и Вентура Родригес тоже, а на Аргелес вышло много народу. Ну вот, наконец, они приехали на конечную станцию третьего пути – Монклоа. Там, неподалеку от станции, на известной городской дискотеке их ждет вечеринка, полная студентов.

Несколько минут спустя…
- Двадцать евро с каждого?
- Точно.
- Мы же договаривались, что будет десять, разве не так?
- Десять за пропуск и студенческий билет, а еще десять за вход на дискотеку. Не думали же вы, что войдете бесплатно?
- Но…
- Так вы берете, или нет?
- Так не честно. Вход на дискотеку входит в стоимость. Те, кто из Комплутенса8 не должны ничего платить. И у нас билеты студентов Комплутенса.
- Есть то, что есть, вы же, наверное, понимаете, что делаете. Короче, если хотите фальшивки и вход на дискотеку, то двадцать евро.
Рауль трет подбородок и сопит. Этот тип их надул. Об этом они не договаривались..
- Подожди. Я должен поговорить с друзьями.
Парень, смирившись, подходит к поджидающей его оставшейся пятерке. Друзья с тревогой наблюдают за ним, увидев, что он возвращается с пустыми руками.
- Что он тебе сказал? – спрашивает Эли, удивленно подняв бровь. – А где билеты?
- Он требует по двадцать евро с носа.
- Но было же десять, верно?
- А теперь он говорит двадцать. Десять за пропуск и студенческий билет, и еще десять за вход на дискотеку.
- Вот придурок, ну и урод!
- Ну, что будем делать? Покупаем? – вступает в разговор Валерия, доставая из кошелька двадцать евро. – Раз уж мы здесь.
Эстер с Марией переглядываются.
- У меня только десять евро, – поясняет девушка с нависающей челкой. – Родители не дали больше.
- Я тоже не хочу переплачивать, – говорит Мария.
- Я, как они, – добавляет Бруно, зевнув, – мне не хочется платить двадцать евро за то, чтобы войти на дискотеку.
Порыв ветра треплет волосы шестерых, молчаливо застывших ребят. Первой заговорила Элизабет.
Она решительно и безапелляционно заявила:
- А вот лично я хочу пойти. Я сделала фотки на липовый студенческий, пришла сюда с мыслью попасть на эту веселую вечеринку. Я так долго этого ждала, праздник наконец-то наступил, и я не собираюсь отступать из-за какой-то лишней десятки. Вот деньги, бери.
Элизабет сует Раулю двадцатку. Рауль берет купюру и смотрит на Валерию, единственную из них, кто так ничего и не сказал.
- А ты что скажешь? – спрашивает подругу Рауль.
- Даже не знаю. Все-таки двадцать евро. Хотя…
Хотя, если она не пойдет с ними, то на дискотеке они стопудово закрутят роман. И наоборот, если они пойдут туда втроем, то они не оставят ее одну и не станут целоваться и обжиматься перед ней, так ведь? Значит, это подходящий случай тормознуть то, что кажется неизбежным.
- Хотя что?
- Да так, ничего. Короче, если вы идете, я тоже пойду.
Удивленные взгляды Эстер, Марии и Бруно прикованы к Валерии. Никто из них не ожидал от подруги подобного ответа.
- Ладно, трое на трое, – заключил Рауль, доставая двадцать евро из своего кармана.- А вы что будете делать в конечном счете?
- Сожалею, но я не могу, а вы идите, – улыбаясь, сказала Эстер. – Я поеду домой, отдохну побольше перед завтрашней игрой.
- Я иду с тобой,– отзывается Мария. – Грандиозные вечеринки не для меня.
Рауль внимательно смотрит на Бруно. Тот пожимает плечами, присоединяясь к двум девчонкам, решившим не идти на дискотеку.
- Я не оставлю их одних, провожу домой, – быстро заявляет он. – А кроме того, студентки не бегают за мной гурьбой.
- Как я понимаю, ты тоже не слишком-то носишься за ними.
Бруно не нравится шутливое замечание Рауля, он отворачивается и смотрит в другую сторону.
Ему неприятно. В последнее время его дружок стал слишком высокомерным. Бруно уже не помнит, когда они в последний раз просто разговаривали друг с другом.
Снова воцарилась тишина. Все молча смотрят друг на друга, и никто из них не знает, что сказать. Валерия чувствует себя крайне скверно из-за того, что она не с теми, кто не идет на дискотеку. Особенно из-за Эстер, у которой нет денег. Но, с другой стороны, она не может оставить Эли наедине с Раулем, несмотря на то, что, возможно, там, на дискотеке, ей будет гораздо хуже, чем здесь.
- Ладно, ребята, увидимся, и мы расскажем вам, что здесь было, – говорит на прощание Элизабет.
Она посылает воздушный поцелуй и уверенным шагом направляется к входной двери на дискотеку. Двое студентов, попавшихся ей на пути, окидывают ее сверху вниз взглядом и отпускают изящный комплимент.
- Я иду с Эли, пока на нее не налетела стая акул. Ты идешь?
Валерия кивает головой, и, помахав рукой возвращающейся по домам троице, идет с Раулем к входной двери.
Ее охватывают противоречивые чувства. Ей не по душе то, как она поступила. Она считает, что на дискотеку они должны были идти или все вместе, или же не должен был идти никто. И вот группа разделилась надвое, а ведь еще совсем недавно, это было просто немыслимо.

6 Despistaos – испанская поп-рок группа
Tirar los tejos (=insinuar a alguien el interés que suscita,especialmente en el plano sentimental) – намекать кому-либо о своих чувствах, заигрывать
SGAE (Sociedad General de Autores y Editores) – Комиссия по авторскому и издательскому праву
Con amigas así quién necesita enemigas (=Es una crítica a los que uno suponía amigos de verdad, pero en los momentos cruciales demuestran que no lo son) – устойчивое выражение, критикующее человека, которого ты считал другом, а он тебя подвел
7 Nirvana – американская рок-группа
DNI (Documento Nacional de Identidad) – документ, удостоверяющий личность
8 Комплутенсе – Мадридский университет, крупнейшее высшее учебное заведение Испании
Darse (pegarse) el lote (vulg.=besarse y toquetearse) – разгов. выражение, означающее целоваться и тискаться, обжиматься, зачастую групповуха, не доходящая до полового акта

© Перевод — Вера Голубкова

 

 

Capítulos de ¡BUENOS DÍAS, PRINCESA!  1 / 2 / 3/ 4 / 5 / 6 / 7 / 8 / 9 / 10 / 11 / 12 / 13 / 14 / 15 / 16 / 17 / 18 / 19 / 20 / 21 / 22 / 23 / 24 / 25 / 26 / 27 / 28 / 29 / 30 / 31 / 32 / 33 / 34 / 35 / 36 / 37 / 38 / 39 / 40 / 41 / 42 / 43 / 44 / 45 / 46 / 47 / 48 / 49 / 50 / 51 / 52 / 53 / 54 / 55 / 56 / 57 / 58 / 59 / 60 / 61 / 62 / 63 / 64 / 65 / 66 / 67 / 68 / 69 / 70 / 71 / 72 / 73 / 74 / 75 / 76 / 77 / 78 / 79 / 80